Она слегка растерялась и, помолчав, объяснила: одолжила у тетки триста рублей, когда гостила у нее в прошлом году.

- Зачем же вам понадобилась такая сумма? - поинтересовался я.

Гай, не задумываясь, ответила:

- Не помню, что-то купила импортное с рук. Кажется, какую-то кофту.

Я тут же заметил: во время обыска у нее на квартире не было найдено ни одной импортной женской вещи. Куда же они делись?

- Сносились, значит, и я их выбросила, - пожала плечами Гай.

Я ей другое опровержение - показания мужа, что его жена никогда никаких импортных вещей не покупала, носит и обувь и одежду отечественную, шьет на заказ.

- Как же это понять, Ирина Степановна? Куда же вы тогда потратили деньги? Те, что взяли в буфете, и те три тысячи, что сняли со сберегательной книжки? - спросил и не свожу с нее глаз, жду, что скажет на это.

Молчала, уставившись взглядом в пол, минуту, другую, наверное, собиралась с мыслями. А потом вдруг закрыла лицо руками и разрыдалась.

- Не могу, не могу вам этого сказать! Что хотите делайте - не скажу! выкрикнула сквозь слезы. - Слышите? Не скажу!

Еле успокоил, отправил в камеру, а сам принялся размышлять. Что с ней случилось? Обманывала меня, давая ложные сведения? И не только меня, а и мужа, который до сих пор не хочет верить в растрату. Значит, у нее в душе произошел перелом, заговорила совесть?

Что ж, решил: поживем - увидим, как она поведет себя дальше, какие еще даст показания...

- Тебе еще не надоело слушать? - вдруг обратился ко мне Евгений. - А то мне кажется, я скучно рассказываю.

- Нет-нет, - возразил я. - Наоборот, интересно.

Евгений рассмеялся.

- Ну, это ты, чтоб меня не обидеть. Рассказчик я, сам знаю, никудышный. Тороплюсь, забегаю вперед, повторяюсь. Но ты не обращай внимания, тебе же главное - уловить суть, как шло развитие событий. Так я понимаю?

- Правильно, - заверил я. - Рассказывай дальше.

- А может, на сегодня хватит, будем спать? Смотри, уже ночь за окном, решил, наверное, подразнить меня Евгений.

За окном купе и правда уже давно плыла теплая весенняя ночь, подмаргивала нам серебряными мохнатыми звездами, будто приглашая ко сну. Но спать не хотелось, и я попросил Евгения продолжить рассказ.

- Хорошо, - согласился он. - Тогда слушай дальше.

...Поразмыслив, я отправился к прокурору. К своему, Ивану Анастасьевичу. Доложить о сделанном, рассказать о странном поведении Гай на последнем допросе. Хотелось услышать мнение по этому поводу более опытного человека, послушать его совета. Ведь до того, как стать прокурором города, Иван Анастасьевич был народным судьей, много лет работал следователем, возглавляя целый отдел. Так что опыта у него предостаточно.