И вот мне бы, дуре, покориться, чтобы не подхватить воспаление лёгких, но я с силой захлопываю дверь машины, снимаю туфли, выкидывая их в кусты, и бегу по направлению к клубу. Моя сумасшедшая и неадекватная девочка внутри кричит, что этот мужик не будет мной управлять. Бунтует и беснуется.

Слышу позади визг тормозов, не оборачиваюсь, дождь уже льёт как из ведра. У меня спирает дыхание от холода и бега. Глотаю воздух, но в рот заливается вода. Ещё немного, я уже вижу огни усадьбы. Сильная рука хватает меня сзади за шкирку, словно нашкодившего котенка, и тащит к машине.

И нет бы мне сейчас включить адекватность и все же повиноваться, но моя ебан*тая девочка начинает кричать и колотить Доронина кулаками, требуя, чтобы отпустил. Я знаю, чего она боится. Власти. Чувствуется, что этот мужик может подавить и уничтожить мою девочку."

"- Отпусти, я сказала! – хрипло кричу и изо всех сил толкаю Доронина. Он молчит, сам уже весь мокрый. Не реагирует на мои удары, продолжая насильно тащить к машине, растягивая мокрое платье, швы которого больно впиваются в кожу. - Отпусти, я сказала! – ору словно ненормальная, ещё раз толкаю его, поскальзываюсь и понимаю, что лечу назад на бетонный бордюр.

Я ещё не упала, но уже понимаю, что падение либо убьет меня, либо покалечит. Но не долетаю до бетонного бордюра. Сильные, я бы сказала, жёсткие руки подхватывают меня за талию и вжимают в твердое тело.

Все происходит настолько быстро и резко, что от нашего столкновения выбивает весь воздух из лёгких.

Замираем.

Жесткие руки сильнее сдавливают мою талию, впиваясь через мокрое платье пальцами в кожу. Больно, но я не чувствую. Я, словно парализованная, смотрю в его глаза через пелену заливающего нас дождя и часто дышу в мужские губы.

Мне уже не холодно, я вообще ничего не чувствую, кроме его пальцев на талии и горячего дыхания. Он настолько сильно прижимает меня к себе, что трудно дышать, но я не сопротивляюсь.

Сумасшедшая девочка подавлена, она свернулась калачиком, зажмурилась и притворилась мертвой. А я… а я безвольно смотрю в серые глаза Захара, которые блестят от фар мимо проезжающих машин.

Проходит минута, две, три… Тело само по себе начинает трясти, но холода я не чувствую. Доронин приходит в себя, ослабляет хватку, отпускает меня, берет за руку и ведёт к машине.

Внутри полная пустота и прострация. Он, определенно, управляет мной как куклой, а я ведома, и мне сейчас так комфортно.

Мужчина молча усаживает меня в машину, захлопывает дверь с моей стороны, а сам садится за руль. Он берет с заднего сидения мое пальто, укутывает меня в него, выезжает на трассу и везёт домой.

Холодно, по-прежнему трясет, кутаюсь в пальто, сильно сжимая его руками, и смотрю, как дворник бегает по стеклу, разгоняя пелену дождя.