– Я не ошибся, – пробормотал Алекс, но к этому моменту я уже не слушала его, поскольку была погружена в чары бесконечного удовольствия, которое грозило разорвать меня на части и снести все на своем пути.

Я заметила, как один из его пальцев медленно скользнул внутрь меня, а затем он добавил еще один. Алекс начал двигать ими, проникая внутрь и выталкивая их наружу, в то время как его язык ласкал мой клитор со скоростью, достойной получения олимпийской медали. Если бы существовал какой-нибудь сексуальный вид спорта, в котором разыгрывали медали, не сомневаюсь, Александр Ленокс завоевал бы золото.

– Алекс, Алекс… – начала я, сдерживая желание кончить, потому что мне хотелось продлить удовольствие.

– Хочешь, чтобы я остановился? – спросил он, усиливая движения.

– Да, – пробормотала я, и он сразу остановился. – Нет! – тут же вскрикнула, и на его лице появилась зловещая улыбка.

Он встал, продолжая испытывать меня пальцами.

– Не кричи, иначе нас услышат, – предупредил парень, снова целуя меня влажными от моего собственного возбуждения губами. – Скажи, что любишь меня, Никки.

Мне потребовалось какое-то время, чтобы понять, о чем он меня просил.

– Скажи, я хочу услышать это от тебя.

Я не могла этого сказать. Если бы сделала это… если бы призналась, у меня бы больше не осталось никаких аргументов. Это единственное, что у меня оставалось, чтобы удержать решение, которое уже было принято.

Я покачала головой, и в его глазах одновременно вспыхнули желание и гнев.

Он достал из своего бумажника презерватив и, не отрывая глаз от моих, надел его на свой член, что получилось с трудом из-за перевозбуждения.

Алекс рывком поднял меня и заставил обхватить бедра ногами. Я ухватилась за его плечи, и с помощью стены, которая была у меня за спиной, он медленно вошел в меня.

Я закрыла глаза, и он взял меня за подбородок.

– Посмотри на меня. Скажи, что любишь меня, – повторил он, вместе с тем выходя из меня и медленно и с силой входя вновь, когда я помотала головой.

Его глаза вспыхнули, встретившись с моими, он снова отстранился и потребовал от меня того же. Я вновь покачала головой, полностью лишившись дара речи от неописуемого удовольствия, которое он мне доставлял.

Он вошел так глубоко, что я вскрикнула. Алекс прикрыл мне рот рукой, чтобы с моих губ больше не сорвалось ни звука.

– Да скажи ты уже, черт побери. Я знаю, что ты чувствуешь ко мне, знаю, что ты чувствуешь то же самое, – он снова проник в меня. Алекс вспотел, придерживая меня за задницу и полностью поднимая мой вес, но, похоже, ему не хотелось менять позу. Алекс хотел и дальше входить в меня таким образом, потому что чувствовал, как глубоко проникал в меня, ощущая это всем своим телом.

Я больше не могла сдерживаться.