Всякий раз, входя в комнату, я поражаюсь, каким реальным он кажется.

– Спасибо, – смущенно пробормотала я. Взглянув на Риса, я заметила, как он усиленно о чем-то размышляет. Если честно, я бы предпочла поговорить о сталкере и моих трусиках в посудомойке.

Но это была моя семья, так что беседа вскоре стала еще более неловкой.

– Как дела у твоего отца? – спросил папа у Риса.

Я застыла и метнула в его сторону предупредительный взгляд. Отец не заметил моего намека.

– У него все хорошо. Разводится в пятисотый раз, – равнодушно бросил Рис, хоть я и понимала, что его сильно задевает полная неспособность его родителя хранить супружескую верность. Впрочем, это не было идеей фикс, иначе он не смог бы смириться с моей ложью. И все же это было ему не по душе. – В общем, все по-старому.

– Что ж, надеюсь, рано или поздно твой отец найдет свое счастье. Счастья заслуживают все.

Правда? Я в этом сомневалась, но мои родители пребывали в приподнятом настроении. Когда после ужина Рис вместе с отцом, Гордоном и Меган ушел в гостиную, а я осталась, чтобы помочь маме убрать со стола, она обрушила на меня целый водопад мечтаний будущей бабушки.

– Вы зайдете к его маме, прежде чем уехать? – спросила она, загружая посуду в посудомойку.

Стоп: мы собирались к ней зайти? Я об этом даже не подумала. И очень сомневалась, что выдержу второй раунд.

– Не знаю, – честно сказала я.

Мама забирала у меня тарелки, которые я предварительно ополаскивала в раковине. Ненадолго повисла пауза.

– Так что же все-таки между вами? И не говори мне, что не знаешь. Когда мы в прошлый раз болтали о личном, о нем никто и не вспоминал, а теперь он тут как тут.

– И я знаю, что брат не упустил возможности тебя поддеть, – сказала она и повернулась, чтобы взглянуть мне прямо в глаза. – Но, милая, все ведь знают, что ты была влюб…

– Мы встречаемся, – выпалила я, не дав ей закончить. – Такой ответ устраивает? Думаю, именно это между нами и происходит. Ничего серьезного. Ладно? Мне уже не пятнадцать.

Мама удивилась моей резкости.

– Милая, – сказала мама, касаясь моей руки, – я волнуюсь за тебя.

Выпрямившись, я облокотилась на раковину.

– Из-за Риса? – тихо спросила я.

Мама улыбнулась, но ее улыбка получилась такой печальной, что у меня кольнуло в груди.

– Да. Я ведь знаю, что он много лет тебе небезразличен, а теперь он рядом, с тобой. Он рядом, а ты ведешь себя так, словно в этом нет ничего особенного.

Она подняла руку, не давая мне продолжить.

– С музеем ты тоже не хочешь попробовать. А теперь к тебе еще и в квартиру вломились. Это, конечно, никак не связано с двумя другими вещами и с тем, что я хочу тебе сказать. Но пора поговорить откровенно.

– То, что Чарли прикован к постели, не означает, что ты должна лишить себя всех радостей жизни.