Я схватила Виктора за рукав и поволокла в гостиную.

— Тети, мы быстро! Я его шандарахну как следует, ясно и прямолинейно. И потом приду, все обсудим по-семейному, хорошо? Вместо суда дуэль будет, туда тоже платье понадобится.

Они купили мне оранжевое платье? Чтобы прям факелом в судебном зале. Я фыркала и тащила Виктора по коридору. Он не сопротивлялся.

— Что за суд, Фиона? Откуда кровь?

О, пара поцелуев, и уже по имени.

— Я потом все расскажу. И про кровь. И про признание. И про дуэль. Все потом, ладно?

— Ладно, все потом, — покладисто сказал он.

Закрыл дверь. И на меня опять обрушился томящий травяной запах. Что за странный одеколон у волка.

— Все потом, — прошептал он, прижимая меня к стене. — Я тебя не понимаю, ты под судом, твое лицо в крови, ты истинная Бизо, но я хочу касаться тебя до безумия. Схожу с ума. Ваша семья заразна.

Стервец… Я уже это говорила? Но как целуется…

Высоко сижу — далеко гляжу

— Что за арена? — рассеянно спросила я, выходя из кареты.

Перед нами сияло огнями роскошное здание с колоннами и чередой изогнутых изящных арок.

— О, — тетушка Гвен взволнованно подтянула белую перчатку и так идеально сидящую на ее пухлой ручке, — это редкое зрелище.

Обычно какая-нибудь традиция оборотней, в основном не для дамских глаз. Зато сегодня объявлено вполне приличное событие — официальный бой за место вожака у волков. Раньше они по лесам отношения выясняли, а сейчас делают вид, что цивилизованные.

— Прекрасный повод посмотреть драку, — чопорно сказала тетя Клара. — Будет весь свет.

Она сегодня была в темно-синем платье с искрой, облегающем ее худощавую фигуру идеальным литым футляром.

Представляю, какие они были красотки в юности, если и с сединой так необыкновенно хороши. Надо попросить семейные картины посмотреть, до сих пор ни одной не видела, даже миниатюры по стенам не висят, как будто их специально спрятали.

— Фирыч, — промурчало снизу.

Дух, которому принципиально не сиделось дома, опять прятался в дороге под каретным диванчиком и теперь тенью следовал за нами. Не знаю, как у него это получалось при возросших габаритах, по крайней мере, в пути мне пришлось юбкой прикрывать его хвост, постоянно вылезающий из-под сиденья.

— Вот чем, Фирыч, люди от зверей, да хоть от тех же самых оборотней, отличаются? Пожрать любите? Любите. Подраться опять-таки не дураки. А о том, как вам нравится размножаться, — вообще умолчу. Я не слепой, видел, какая ты помятая из гостиной выползала. Как будто не ты волка, а он тебя магией засаживал.

Я заалела щеками. Пользуется, паразитский кот, что я ему в ответ ничего сказать не могу. Не поймут окружающие девушку, разговаривающую с воздухом и тем более с котом.