– А сейчас пойдем обедать, пока мама не бросилась нас искать.

Едва входим с Кириллом на кухню, снова счастье в виде смеха наружу просится.

– Опача! – восклицаю на пороге, поймав улыбки сразу двух своих принцесс. – Кто тут такой красивый? Одна! Вторая! Обе Чарушины!

Полуторагодовалые дочки, в унисон повизгивая, наперебой хохочут. Мы с Киром синхронизируем. Стоящая у плиты Лиза морщится и ежится, но через мгновение вместе с нами смеется.

– Вы все невозможно громкие, – выдыхает она, когда подхожу, чтобы поцеловать.

– Надеюсь, у тебя не разболелась голова? – спрашиваю многозначительно и подмигиваю. – У меня на «тихий час» большие планы. Воскресенье – мой любимый день недели, знаешь же…

Жена с улыбкой закатывает глаза.

– У меня никогда не болит голова, Чарушин. Даже когда ты в самые сложные и насыщенные будние дни придумываешь, за чем заехать в обед домой.

– За это и люблю тебя!

– Только за это??? – возмущается шутливо.

Кир возится около манежа сестер, подавая им то одну, то вторую игрушку. Я же, естественно, задерживаюсь с матерью своих детей. Вот он, статус, выше небес. В нем и любовь, и доверие, и единение. Все, за что я так долго и так отчаянно сражался.

– Ну, конечно, не только за это, – шепчу, обнимая и наблюдая, как у Лизы выступают мурахи. – А что у нас по плану, кстати? Когда четвертый и пятый заход делаем?

– Боже… Дайте передохнуть, Чарушины! Вас уже слишком много!

– Чарушиных много не бывает, – смеюсь я.

– Точно, – поддерживает с тем же смехом. – Но по плану у нас не раньше, чем через год.

– Помню, Лиз. Шучу просто. Не бойся, – поиграв бровями, снова подмигиваю.

– Боже… – покраснев, слегка толкает ладонями меня в грудь. – Я не боюсь! Но ты меня смущаешь. И делаешь это намеренно.

– Это все твердость моя, – выдаю и замираю, пока «зеленые звезды» моей Дикарки на волне шока не превращаются в две полные луны. Срываюсь на хохот, прежде чем уточнить: – Твердость духа имел в виду. Ну и неутомимая жажда красить стены.

– Чарушин… – все, что Лиза успевает выдохнуть.

Все, потому что целую ее. Детские голоса не стихают, но наши души совершают парный прыжок и за секунду, не растеряв тепла, выше крыши оказываются. Там и кружим, пока заскучавшие малышки не начинают капризничать.

Расходимся, чтобы заняться детьми. Я подхватываю одну дочку, Лиза – вторую, Кирилл без лишних подсказок занимает свое любимое место у окна. Кормим их, умываем и разносим по комнатам на послеобеденный сон.

В будние дни Лизе помогает няня, но выходные всегда исключительно наши. Максимум кто-то из родни или друзей заскочит, хотя мы все же предпочитаем встречать гостей по пятницам, а субботу и воскресенья, если это, конечно, не какой-то определенный праздник, оставлять для семьи.