Ошарашенный, он снова облокотился посмотреть мне вслед, как я скрываюсь в ванной комнате, потом быстро появляюсь — уже в недосушенной юбке и на ходу одёргивая футболку.

— Не понял, — медленно сказал он, внимательно присматриваясь ко мне. — Какая муха тебя укусила? Ну ты и выскочить… Оль, залезть бы тебе в голову…

— В смысле, почему я выскочила? — встряхивая юбку, чтобы она ещё немного подсохла перед выходом "в свет", спросила я. — Серёж, мама к тебе вчера приходила?

— А в чём же ещё? — удивилась я. — Ты голодный, что весьма не приветствуется в твоём положении. Разве тебе не хочется побыстрей вылечить ноги?

— Стимул есть — согласен. Особенно как вспомню…

Он снова лёг, а я остановилась, затаив дыхание. Что — вспомню?

Всё. Любопытство пересилило.

— Говорят, под утро снятся самые яркие, а то и пророческие сны. Что приснилось имениннику? — небрежно спросила я, беря его расчёску и принимаясь за свои волосы, благо зеркало в его комнате тоже имелось.

— Ничего особенного.

Жаль, я не видела его глаз, когда он проговорил эту фразу. Но в голосе мне всё же почувствовалась мечтательная нотка. Поэтому, выждав немного, не скажет ли он ещё чего, и прислушавшись: нет, больше никто к нам (к нам — радостно запело сердце!) не ломится, я с расчёской отправилась к кровати. Усевшись на край боком, я начала с кончиков его волос, постепенно вытаскивая пряди из-под него. Он замурлыкал от удовольствия, когда я осторожно прошлась расчёской по голове и поцеловала в макушку. Снова опёрся на локоть, чтобы мне удобней было расчёсывать его.

— И теперь вся эта красота ожидает меня каждое утро!

— Теперь не поняла я. Какая красота?

— Ну, расчёсывание моих патл.

— Хм… Почему каждый?

— Ты же не возражала, когда я сказал, что мне ещё никогда такого утра не дарили на день рождения? Значит, это утро будет иметь продолжение до следующего дня рождения.

— Ничего себе логика!

— А скажи: в чём я нелогичен?

— Поймал на слове — и больше ничего!.. Серёж, а утоли моё любопытство: почему у тебя волосы длинные?

— Бабушка, бабушка, почему у тебя такие большие уши? — усмешливо сказал Сергей, но всё же объяснил: — Я начинал программистом. У нас в отделе длинные волосы фишкой были. Стильно типа. Ну, я и привык.

Ах ты!.. Он усыпил мою бдительность и немедленно обнял меня за пояс, сцепив пальцы в замок, как я недавно на его затылке. Но я быстро забыла о неожиданности: мне пока было не до его жеста, хотя руки его снова грели меня — и мне это нравилось. Прислушиваясь к его отзвучавшим словам, я ощущала себя самым настоящим сыщиком: почему он вдруг вспомнил сказку про Красную шапочку? Из-за волка в его сне? Думай теперь, снился ли ему мой сон, или нет… Одни намёки.