Кажется, возле нас толпились гости, но я ровным счетом не слышал ни одного из них. Схватил Ульяну на руки и побежал к машине. Положил на переднее сиденье и закрыл дверь, мечтая, чтобы все обошлось.

— Сынок… — отец взял меня за плечо.

— Папа, все потом, — отмахнулся я. — Приглядывай за Марком. Я позвоню.

Господи, неужели она снова больше не откроет глаза? Я не переживу этого… Я гнал под двести, как будто от быстроты моей реакции зависела ее жизнь. Достал телефон и позвонил лечащему врачу Ульяны, предупредив Льва Борисовича, что мы будем в клинике через полчаса. Мысленно я настраивал себя на неутешительные диагнозы. Но ведь она даже не жаловалась на недомогания…

— Держись, малышка, — шептал я, поглядывая в ее сторону.

Она лежала в красивом свадебном платье на пассажирском сидение без сознания и даже представить себе не могла, как я волновался за нее.

Как только мы приехали в клинику, я тут же передал ее бригаде врачей, а сам остался ждать у регистратуры. Ко мне подошел Лев Борисович и задал несколько вопросов, а затем с задумчивым выражением на лице развернулся и направился к моей жене.

— Ульяна очнулась, можете к ней пройти, — услышал я спустя четыре долгих и бесконечных часа. Мне казалось еще немного и я просто сойду с ума! — Лев Борисович обещал подойти с минуты на минуту.

Сжав кулаки и взяв себя в руки, я направился в палату, мечтая увидеть свою малышку. Именно так я и называл Ульяну с того самого дня, когда она пришла в себя после той аварии. Маленькая одинокая девочка. Моя девочка.

Я застыл в дверях, смотря в ее бледное и уставшее лицо, не в силах сделать и шага. Главное, что пришла в себя. Главное, что открыла глаза. Я безумно боялся повторения того ужаса, что однажды уже пережил.

— Господи, как ты меня напугала… — выдохнул я.

Мое сердце на миг отмерло, а на губах появилась слабая улыбка.

— Прости, Сереж… Я не знаю, что со мной. Перед глазами вдруг все потемнело… Родители испугались? Ты им позвонил? Марк, наверное, тоже испугался…

— Я еще никому не звонил. Сам только узнал, что ты пришла в себя. Малышка… — я подошел к ней, смотря сверху вниз в ее лицо.

— Добрый день, Ульяна! Поздравляю вас с замужеством! Ну как дела? Голова болит? — в дверях показался Лев Борисович с документами в руках.

На его лице сияла широкая улыбка, и у меня частично прибавилось уверенности, что никаких диагнозов скорее всего не подтвердилось, а на состоянии любимой сказалось небольшое переутомление перед свадьбой.

— Все хорошо. Спасибо, Лев Борисович, — отозвалась Ульяна.

— Ну и хорошо! У меня тоже нет плохих новостей. Выдохните, Сергей, — он перевел на меня взгляд. — Все хорошо с вашей новоиспеченной супругой. По крайней мере пока поводов для беспокойств я не наблюдаю. Беременность у нас маточная.