И никто не брал на себя ответственность вставать на чью-то сторону.

– Почему она, блядь?! – взревел Дима, сокрушая плотину внутри меня. – Тебе че, сука, телок других мало?! Позарился на самую невинную добычу?!

Я отметила, как сжалась челюсть Миши после этих слов. Он посмотрел на друга так, будто впервые увидел его, и мои щеки ошпарило слезами.

«Господи, что ты говоришь?!» – вопило все во мне от стыда, но дрожащие губы оставались безмолвными.

– Извини, что разочаровал, – отозвался Миша пространным голосом. Затем вдруг сделал шаг к моему брату и сквозь зубы добавил: – Можешь разбить мне рожу, если хочешь.

Можешь в глаза плюнуть, но ты ничего не изменишь, Дима. Я сделал выбор. И Полина будет делать свой. Без твоего участия.

После этих слов брат так и остолбенел. Медленно отступил от друга на несколько шагов, затем перевел немигающий, холодный взгляд на меня.

– И что ты скажешь?!

Сглотнув вязкую слюну, я лихорадочно забегала глазами от одного к другому. Дима давяще ждал ответа, а Миша… даже не смотрел на меня – весь его вид отражал крайнее недовольство требованием брата. И, наверное, это стало основным гвоздем в сердце моих сомнений.

– Я… люблю его! – громко сказала я и, как перед прыжком в пропасть, задержала дыхание."

"Лицо густо запылало от внимания, которое я намертво приковала к себе этим признанием. Вот только волновали меня лишь одни – карие глаза, сосредоточившиеся на мне. Я буквально почувствовала, когда это произошло, потому что трусила оторвать взгляд от Димы и увидеть реакцию Миши.

Брат же гневно оскалился, разочарованно отвернул голову, и меня внезапно накрыло волной эмоций. Я поспешила закрыть лицо, исказившееся от плача, ладонями, но это увидели все.

– Успокойся, Поль, – залепетала жена одного из Диминых друзей, обняв мои плечи.

Кто-то еще оказался рядом, но я находилась в вакууме своих переживаний. Ужасный, невыносимый момент… Мне было больно, что все так происходило, и хотелось, чтобы этот кошмар поскорее закончился!

– Хорошо, – неожиданно услышала я вердикт брата. – Хорошо, ребят, делайте что хотите, блядь, мне плевать!

Его голос совсем не звучал одобрительно, поэтому я вся невольно обратилась в слух.

– У меня только одна просьба к тебе, Тереев.

 – Подняв глаза, я увидела, как Дима колко смотрит на него. – Надеюсь, ты не обидишься, если я попрошу тебя свалить отсюда нахер?

– Дима, прекрати! – яро вмешалась Оля.

Однако Миша даже глазом не моргнул и сухо ответил:

– Не вопрос, друг. Мне жаль, что я испортил тебе праздник.

– Друг? – неожиданно злобно усмехнулся брат.

– Димон, да ты чего? – начали остепенять его друзья.

Оля тоже не понимала мужа.

– Господи, Дима! Зачем ты так?!

Только Миша не стал развивать конфликт.