Хотелось выказать ответную доброту.

— Раз уж я перебросила мост через пропасть, то не стану ее углублять. Миледи, я не обременю собой вашу семью. Я не выйду за Сина.

— Вы говорили ему об этом?

— Он не желает смириться с действительностью, но рано или поздно это случится. Наш брак невозможен.

— Дорогая моя! — Леди Элфлед засмеялась. — Вы плохо знаете Маллоренов. Когда Родгар сказал, что мы не признаем слова «невозможно», он говорил чистую правду. Препятствия только распаляют нас, и, хотя порой нам приходится несладко, мы рады бросить вызов судьбе.

И давайте оставим это сухое «миледи», да и «вы» заодно. Раз уж нам предстоит породниться, зови меня Элф, как все остальные, — конечно, если не сочтешь это нелепым. А я буду звать тебя Честити.

Девушка согласилась, боясь показаться нелюбезной.

— Я так рада женскому обществу, что и описать не могу! Братья у меня чудесные, но у них свои интересы, а порой хочется просто поболтать. Мужской пол не так эмоционален.

Честити сделала невольный протестующий жест, и ее собеседница снова засмеялась.

— Ну вот, сейчас ты скажешь, что Син эмоционален! Я за ним этого не замечала.

Воистину любовь творит чудеса! — Она вдруг стала ужасно деловитой. — Мы все говорим и говорим, когда надо было начинать с ванны и одежды. Мы подыщем тебе что-нибудь более подходящее.

При мысли о том, как она выглядит и, быть может, пахнет, девушка зарделась, но предложение было более чем кстати.

Были отданы нужные распоряжения, и Честити оказалась в комнате с пылающим камином — собственной спальне леди Элфлед.

— У нас примерно одинаковые фигуры. Бери все, что приглянется, — сказала та, махнув рукой на дверь в гардеробную, и обратилась к вошедшей модистке.

 — Шанталь, это леди Честити, предоставляю ее твоим заботам. Мне уйти или остаться?

— Когда буду принимать ванну, я бы предпочла полное уединение, — смущенно ответила Честити, припомнив свои рубцы, ссадины и алые соски.

Это была довольно странная просьба для женщины, с детства окруженной слугами, и Элфлед это отметила, но от комментариев воздержалась. Вошли еще две горничные, с холодными закусками и чайным прибором. Пока Шанталь демонстрировала наряды, молодые женщины отведали понемногу того и другого.

— На венчании лучше всего появиться в чем-то элегантном, но не слишком эфемерном, — заметила Элф. — Какие цвета ты обычно носишь?

Хотя все это время Честити настраивала себя на разлуку с Сином, искушение предстать перед ним во всем своем блеске было слишком велико, и она не устояла.

— Больше всего мне к лицу темно-розовый с лиловым отливом, но я не уверена, найдется ли…

— Шанталь! — Элф хлопнула в ладоши.