Правда, вывеску на фасаде украшают пять звезд, но ведь нарисовать можно все что угодно. В высококлассной гостинице номера имеют разное убранство. Временный дом Фатимы состоял из двух спален, но на этом различие между ее двойным и моим синглом завершалось. Цвет и вид занавесок, покрывала, паласа, мебели и даже телефонных аппаратов оказались идентичны.

 Фатима кинулась к письменному столу и застучала пальцем по встроенной в ноутбук мышке. Я, уже в который раз за вечер забыв о хорошем воспитании, читала через плечо чужую корреспонденцию:

 «Дорогая мамочка! Давай смиримся с обстоятельствами.

Не стоит тебе из-за меня рвать отношения с папой. Ты любишь его, он обожает тебя, впереди у вас еще долгие годы совместной счастливой жизни. Папа никогда не смирится с потерей контракта, он употребит все свои возможности и непременно нас найдет. Я же могу стать на Пхасо счастливой. Мне здесь нравится, климат хороший, люди приветливые, за мной отлично ухаживают. Ты говорила, что не простишь себе, если не попытаешься вызволить дочь из беды. Мамуля, ты попробовала, сделала невозможное, но обстоятельства сильнее нас. Умоляю, возвращайся в Москву и пойми: я всем довольна. Мы будем, как и раньше, переписываться по электронке, я буду посылать фото. Прошу, прекрати операцию по спасению дочери. До добра она не доведет. Иногда надо всего лишь тихо ждать, и ночь сменит день. Я знаю, как ты любишь меня, понимаю, что толкает тебя на мои поиски, но сейчас, пожалуйста, выполни мою просьбу: спокойно отдыхай и жди от меня вестей. Если любишь дочь, поступи именно так, а не иначе. Посмотри на снимок, который приложен файлом, и пойми, что я в полном порядке. Всегда твоя, Зара».

 Фатима сделала быстрое движение рукой, текст исчез, зато медленно открылось фото. Зарина сидела в кресле в роскошной комнате с бордовыми шелковыми обоями и очень дорогим ковром. Девушка одета в красивое европейское шелковое платье, прозрачные колготки и элегантные туфли на высоком каблуке. Запястье вчерашней школьницы украшают многочисленные браслеты, в ушах сверкают огромные серьги, на шее ожерелье с крупными камнями, похоже, со старинными изумрудами и бриллиантами. Справа на столике высится ваза, наполненная фруктами, слева на тарелке лежат булочки, конфеты, халва.

За спиной Зарины огромное окно, видна часть потолка с фигурной лепниной, стекающей на стену над окном, за стеклом виден сад и какое-то здание. На губах девочки блуждает улыбка.

 - Ну просто рекламный снимок, - вырвалось у меня, - не хватает лишь подписи: «Жизнь на Пхасо - райское блаженство».

 - Это обман, - зашептала Фатима, - письмо напечатала не Зара. Моя девочка не может такое написать. Не ее лексика, не ее стиль. И фото! Посмотри сюда.

 Фатима указала на экран.