Хотя как-то скрыть они их могут, — и то верно, ведь не все следуют правилам, что с техникой нельзя проходить. — Поэтому прекрати наматывать сопли на кулак, — усмехаюсь от сказанной фразы, услышанной ею от меня несколько месяцев назад, — начинай готовиться сразу же как с работой своей закончишь. Иначе я на тебя обижусь и больше вообще ни слова не скажу.

И вот на такой «позитивной» ноте она прерывает наш телефонный разговор, не оставляя мне пути к отступлению. Знает же, что я обязательно соглашусь пойти с ней, не смогу упустить такую возможность. Побывать же в обществе Рауля Клемана хочет, чуть ли не каждая француженка, мечтающая заполучить его в свою постель.

Он, конечно, любит женское общество, мелькая на фотографиях с разными девушками, но не со всеми из них имеет какие-либо отношения. Поговаривают, что большинство из них просто его сопровождение на мероприятия. Модели, актрисы, певицы, стилисты получают шанс побыть с ним рядышком один лишь раз, чтобы потом обрести известность из-за снимков с таким миллиардером.

Кладу телефон на стол, пододвигаю к себе папку с документами, включаю легкую музыку на ноутбуке и достаю несколько фотографий, громко рыча на весь кабинет.

Чертова сука! Эта дрянь принесла мне не те снимки с открытия летней веранды одного очень популярного ресторана, да еще и не разобрала их должным образом. Вот какого черта тут держат таких бездарей, не способных на нормальное выполнение обязанностей. Ищу под столом обувь, за пару секунд их надеваю и, не обращая внимания на боль в ногах, спешу расправиться с одной наглой девицей. А день ведь так хорошо начинался. Какого же черта все пошло коту под хвост?

— Твоя кислая мина вызывает у меня приступ отвращения, Видана.

Может, хоть немного улыбнешься? — Джиневра морщится, отодвигаясь чуть дальше от меня на сиденье, и буквально в окно впечатывает свое тело. Шутница, блин, решившая так меня рассмешить. — Забудь уже о своей работе и подумай об отдыхе, полном расслаблении, встрече с новыми людьми. Возможно даже о танце с самим Клеманом.

— Вот это вот маловероятно, — отрицательно головой качаю, скрестив руки на груди и мысленно снова вернувшись в редакцию, где могла в любой момент всех расстрелять к чертовой матери.

Так меня достали за день эти курицы и петухи, посмевшие еще за спиной шептаться.

Сначала я на место поставила молоденькую дрянь, имя которой ну никак не могу запомнить, заставив ее переделать всю работу заново, а иначе точно донесу на нее Нинет, чтобы ее вышвырнули из редакции пинком под тощий зад. Потом очередь подошла и к Карлу, шлепнувшему меня по ягодице. Я уже была так сильно зла, что просто на нем оторвалась по полной, напугав своим взбешенном поведением до настоящей икоты.