По крайней мере, в узких рамках данной компании. Огляделся по-хозяйски, никому не кивнул даже.

Уставился на девушку. Голова квадратная, тело тоже. Короткие толстые ноги, длинные руки. Костюмчик на заказ (а на такую фигуру готовый и не подберёшь, пожалуй).

Девушка постаралась взгляда не отводить. Бравада была, конечно, не уместна: ничего б она ей не дала, но для самоуважения следовало держать марку.

Судя по всему, эти парни были из отдела по контролю. Иначе говоря, из «SD-5», грозы ёкаев и всяких читеров, норовящих обскакать остальных любыми способами. Чаще всего, смертельно опасными для себя и окружающих.

Надо же было угодить к ним в лапы! И не похоже, чтоб дело шло к долгой и тёплой дружбе. Эти товарищи славились жёстким подходом к нарушителям. Работали на репутацию, чтоб остальным не повадно было.

— Ну, что? — отрывисто проговорил новоприбывший, обращаясь к сидевшему за столом. — Колется?

Тот чуть склонил голову вправо, став похожим на хищную птицу. Стёкла очков блеснули.

— Выпендривается. Изображает дурочку. За пожар извиняется.

Квадратный мужик обежал пленницу цепким взглядом, словно прикидывая, что сломать сначала.

— Допрашивать сейчас будем, Мацуо-сама? — поинтересовался очкастый, вставая и подходя. — Могу предложить сыворотку. Отличное средство, третьего дня получили.

— Не надо, Рю, — отказался Мацуо. Судя по крайне уважительному обращению «сама», он был в этой компании непререкаемым авторитетом. — Не люблю я эти ваши новомодные штучки. Вколешь и не знаешь — то ли действует, то ли нет.

Очкастый молча поставил для босса стул.

— Пойду пообщаюсь с ребятами, — сказал он.

— Да, проверь, чтобы не расслаблялись. Даже тут могут быть… чужие.

Очкастый поманил четверых боевиков, и они все вместе вышли из фургона, захлопнув за собой дверь. Пленница и Мацуо остались вдвоём.

— Правда, я ничего плохого не делала, — проговорила она. — Ну, нашла в Интернете описание ритуала — хотела попробовать ёкая вызвать.

Мацуо сел, обхватив колени сцепленными руками. Девушка обратила внимание на его кольцо — большое серебряное, с прозрачным зелёным камнем, на котором были вырезаны два иероглифа, которые она не сумела разобрать.

— Отпустите, а? — заискивающе сказала она.

Вот бы ещё слезу выдавить для натуральности.

Мацуо холодно улыбнулся. Одними только губами.

— Знаешь, как Диего Розареса де Ниеверте заставили подписать признание, что он — враг народа? — поинтересовался он вдруг.

— Что?! — опешила девушка. — Какого… Диего?

— А который боролся за свободу своей любимой родины, — судя по всему, Мацуо всерьёз полагал, что собеседница должна была хотя бы слышать о судьбе какого-то испанского революционера. Ну, или кем там он являлся. — Удивительный был человек.