— Они совсем оборзели! Да за такое… Даже не знаю, что с ними сделать надо!

Глаза Аяко гневно сверкали, и я привлёк её к себе, чтобы успокоить поцелуями.

— Ну, ладно, перестань, Кенджи! — запротестовала она спустя полминуты. — Скажи-ка лучше, как тебе удалось разговорить одного из них.

— Тебе лучше не знать.

— Серьёзно. Ты же понимаешь, что он не добровольно это сделал.

— Кенджи, ты что, пытал его?!

— А что мне оставалось? Надо было узнать, что Куросай задумал. Теперь мы знаем.

— Хотя правильно! — передумала вдруг Аяко. — Так ему и надо! Слушай, а они ведь не оставят попыток.

— И спецслужба не вмешалась. Это плохо.

— Я думаю, моей гибели они не допустили бы.

Аяко мотнула головой, разметав волосы.

— Откуда им было знать, как пойдёт дело? Нет, нельзя полагаться на них.

— И что ты предлагаешь?

— Расскажи все императору сегодня. Пусть примет меры.

— Я думаю, ему уже доложили. Если захочет, сам что-нибудь сделает.

— Тоже верно. Но я теперь не смогу спать спокойно. Зная, что тебя могут снова попытаться убить.

— Милая, не волнуйся, — я погладил девушку по голове. — Никто меня не грохнет.

— Откуда тебе знать?

— Считай это предчувствием.

— В это я не верю. Извини уж! Я хочу гарантий, что моего парня никто и пальцем тронуть не посмеет!

— Едва ли я могу требовать их от импратора.

Вот в таком ключе проходила наша беседа перед тем, как я отправился во дворец.

Там меня встретили гвардейцы и проводили до аудиенц-зала. Однако дверь открыл не чиновник, инструктировавший меня в прошлый раз, а рыжеволосая женщина ослепительной красоты. Она была одета в длинное, переливающееся зелёное кимоно, украшенное жёлтым поясом и бантом. Аккуратная тардиционная причёска придавала ей кукольный вид.

— Добрый вечер, господин Исикава, — поклонилась она. — Меня зовут Миобу Корио. Я советник Его Величества. Прошу, следуйте за мной.

Едва заметным жестом она отпустила гвардейцев, и те тотчас развернулись и зашагали прочь. Похоже, я находился в надёжных руках, а авторитет женщины во дворце не подвергался сомнению.

Я двинулся через зал вслед за красавицей. Она же словно плыла по полу. Я думал, такое искусство сейчас доступно только гейшам.

— Его Величество примет вас в своём кабинете, — проговорила женщина, обернувшись через плечо и не замедляя движения. — Как вы себя чувствуете?

— Прекрасно, спасибо.

— Нам доложили, что вы одержали победу в поединке чести. Мои поздравления.

«Нам доложили»? Что бы это значило? Кого подразумевала Миобу Корио? Себя и императора? Скорее всего, да.

— Благодарю, — проговорил я.

— Также вы подверглись нападению.

С этими словами женщина отодвинула тяжёлую, расшитую пеонами портьеру, закрывавшую проход, ведший из аудиенц-зала.

— Да, несколько бандитов, — ответил я осторожно.