Я не сомневался, что император Александр ведёт тайные переговоры с микадо и другими восточными монархами, чтобы решить, частью какого мира станет в грядущем конфликте его страна — запада или востока. Если Япония с ним договорится, то получит военную мощь огромного государства, и запад, скорее всего, проиграет. Так что, по сути, сейчас все боролись за то, чтобы Россия приняла их сторону.

Выключив телевизор, я сделал упражнения на растяжку, затем — на развитие силы. Приняв душ, ещё раз пробежался глазами по свитку с правилами, которые мне предстояло сегодня выполнять.

Меня не покидал небольшой мандраж, и я всячески старался от него отвлечься. Мне хотелось быть спокойным, когда я увижу микадо. Нервяк был не из-за того, что император — высочайший титул. Всё дело в том, что Его Величество Кацухито, сто двадцать седьмой монарх единой династии, являлся адептом уровня Плывущий. То есть, по сути, занимал последнюю ступень перед легендарным уровнем Ойкумена, делавшим человека фактически богом. В этом мире не было другого адепта такого высокого уровня. Так что мне предстояла встреча с величайшим из ныне живущих магом этой вселенной. Наверное, он в одиночку был способен уничтожить небольшую армию, но по древней традиции императоры Японии в войне участия не принимали. Для этого назначался сёгун. Прежде, пару столетий назад, император даже не садился на лошадь, передвигаясь исключительно в паланкине. Того же, кто забрался бы в седло, сочли бы съехавшим с катушек.

Новатором в истории Японии оказался дед Кацухито, реформатор Мицухито, который впервые заявил, что император — такой же человек, как и его подданные, и начал изредка появляться на людях.

До этого монарха не могли увидеть даже ближайшие чиновники, ибо он отдавал им распоряжения через занавеску. Поэтому Орочи Исикава и сказал, что долгое время японцы верили, будто, взглянув на микадо, можно ослепнуть от божественного сияния.

Последние до выезда из отеля часы я провёл в Кава-Мидзу, собирая энергию для выхода на уровень Идущего. Вернувшись, я закачал в свои узлы всю свободную Ци, что имел, и вспыхнувшие каналы засвидетельствовали, что задуманное удалось. Трепетно вытащив свиток с техникой Дыхания дракона, я принялся внимательно изучать его, параллельно выполняя описанные в нём инструкции.

Для этого требовалась такая сосредоточенность, что я даже забыл о мандраже перед аудиенцией.

Когда техника была освоена, свиток вспыхнул и сгорел, рассыпавшись в моих руках чёрными хлопьями. Растерев их, я вымыл руки над крошечной раковиной. Энергии для пополнения запаса новой техники не осталось. Собственно, всё, что у меня было, — неприкосновенный запас Ци, нужный для атак и защиты.