По глазам вижу ее растерянность. Она понятия не имеет, что произошло. Но так правдоподобно поддакивает. Рядом грациозной статуэткой застыла сестра. Аккуратно пьет чай из сервизной чашки. Молча оглядывается по сторонам.

Красивые. Почти идеальные…

Но у меня по поводу Нины нет никаких сомнений. Она обязательно отберет у меня то, что ей понравилось. Так всегда было. И будет!

«Погоди, — останавливаю саму себя. — Не паникуй по глупости. Ну запала она на Тимофея. Ну и что? Ты — его жена. И любит он тебя!»

«Ага, любит, — ною от безысходности. — А ехать со мной не захотел. Зато с Даном сразу же согласился…»

От едкой горечи, скопившейся в душе, чуть не реву от отчаяния. Прислонившись спиной к косяку, обнимаю себя за плечи, стараясь не выплеснуть кипящий шквал негодования. Чувствую, как в позвоночник упирается деревянная лутка. Словно напоминает.

Ты жива. Просто дыши.

Ловлю свое отражение в зеркальной горке. Бледная, испуганная, печальная.

«Где ты, Тима?» — мысленно зову мужа. И хочу только одного. Уткнуться сейчас в широкую грудь любимого. Прижаться всем телом. Ощутить кожей его дыхание. Почувствовать, как крепкая ладонь ложится на мой затылок. А губы сминают мои в поцелуе.

«Где ты, Морозов?» — вздыхаю я от безысходности и в который раз за сегодняшний вечер хочу убедиться в самом главном.

Мы любим друг друга. Мы вместе!

Мама… Что там говорит врач? Слушаю вполуха. Одно ясно, ее мучения закончились. А мне так и не удалось проститься с ней. Состояние было стабильное! Вот я и не подумал.

Выборы, семья, освобождение Феди Анквиста. Какие-то важные дела. Все это занимало меня больше.

А мама? Казалось, она будет вечно. Пусть даже старенькая и не в себе. Но я знал, что она есть.

— Что? — охает Лера и тут же добавляет поспешно: — Тима, подожди. Я с тобой.

— Мама умерла, — бросаю я порывисто.

И тут же жена кидается ко мне. Обнимает. Целует. И ревет белугой.

— Тимочка, мой дорогой. Как же так?

— Она болела. Отмучилась, — с трудом выдавливаю я из себя каждое слово. А сам еще до конца не осознаю, что все кончилось.

— Ты в больницу? Я поеду с тобой, — взволнованно тараторит Лера. — Сейчас Наде позвоню, пусть придет побыстрее.

— Оставайся дома с детьми, — прерываю я нервирующую трескотню. Мне бы сейчас в тишине побыть. Подумать. Повспоминать.

Жена смотрит на меня ошалело. Даже замирает на месте от неожиданности.

— Ни к чему лишние хлопоты, Лер, — замечаю я миролюбиво. — Я сам съезжу в клинику. Подпишу бумаги и обратно. Толку тебе сидеть в коридоре?

— Ну если так, — грустно улыбается Лера. Смотрит виновато. — Я думала…

— Пока одна канцелярия. А завтра все остальное решим.

Осторожно целую жену в лоб. Простой, ничего не значащий поцелуй. Вдыхаю ставший привычным запах чистых волос и примешанный к нему аромат цитрусового шампуня.