– Тогда, в «Арбатском дворике», Босой с пацанами очканулись, и ты оттрахал нас по первому разу! И тебе понравилось!!! Ты ко мне пришел, моих людей убил, мою жену пугал, моему сыну таблетки в рот засунул, мне ребро сломал! Дома!!!

– Король Тиходонска, говоришь?! Чтобы все тебе подчинились, чтоб весь город был твой!!! Типа заединщик такой! Общую идею он придумал!!! Хера тебе!!!

Во время свой речи Карпет дергался и притоптывал ногами, как припадочный, осыпая в яму комья мерзлой земли. Глядя на него, Каскет, хотя и старался сохранять спокойствие, тоже начал наливаться бешеной краской.

– Что ты такое мелешь?!! – прогремел он.

Он собирался сказать что-то еще, даже набрал в грудь воздух… Но тут Карпет завопил что-то нечленораздельное, рванул правую руку из кармана, на короткое мгновение поднес ее ко рту – и поднял вверх, чем-то сразу напомнив всем присутствующим Статую Свободы. Правда, вместо факела в его руке была зажата граната с выдернутой чекой.

– А вот так нравится?! – крикнул Карпет, выплевывая кольцо с торчащими усиками под ноги. – Когда тебя трахают?!

Все (не только Каскет) застыли. Алекс и Гера успели достать стволы, но теперь не знали, что с ними делать – если они подстрелят Карпета, то их хозяину гарантирован, так сказать, совместный кирдык. «Быки» из охраны Карпета, видя такое дело, тоже схватились за оружие.

– Убери, эй! Ты! Пушки нельзя!! – вопили они на несколько голосов, от волнения с трудом подбирая русские слова.

И тоже не знали, что им дальше делать.

– И что теперь, придурок? – зло прошипел Каскет, но все услышали. – Дальше что?

Он присел на чуть согнутых ногах, будто собирался броситься на противника и вцепиться ему в глотку.

– А теперь посмотрим, кто духовитый пацан, а кто жидкое козье говно!! – проорал Карпет, размахивая рукой с зажатой гранатой. Похоже, говорить нормально, без крика, в этом состоянии он не мог. На губах пузырилась пена.

– На колени, сука!!! И проси у всех нас прощения!!! Иначе закопаем вместе с Гариком!!!

– За что прощения? – Каскет сбавил тон и выставил вперед пустые ладони. – Я без ствола. Давай перетрем нормально…

– Да за все!!! За мой дом, за Артурчика…

Но тут нога Карпета оскользнулась на краю могилы, он качнулся вперед, еще ожесточенней замахал руками, словно собираясь взлететь. И мерзлая земля, такая твердая, такая железобетонная на вид, вдруг осыпалась под ним, просела с хрустом и почти металлическим скрежетом. Карпет не взлетел, он уронил гранату, потерял равновесие и упал в яму. В последний момент вцепился в Каскета, то ли пытаясь удержаться, то ли увлекая врага за собой.