Я устремился следом, сжимая в правой руке клинок, который тоже окутался дымкой.

Противник попытался уйти с линии атаки. Я предполагал, что сейчас он просто переместится в пространстве, раз умеет проворачивать такой фокус. Но видимо помешала тесная сцепка с Сандалом, который по сути, застрял во вражеской туше. Поэтому шаман гоблинов просто отпрыгнул в сторону.

Ловко и быстро, надо сказать. Разом преодолев семь-восемь метров. Но это его не спасло — оттиск моментально скорректировал курс и впечатался в бок расплывающейся фигуры.

Вот теперь, от боли заорал уже он сам. Что такое, циклопово отродье? Не нравится, когда твоя призрачная часть пульсирует и распадается на части? Да ещё и сжигает сама себя, не давая реакции затухнуть? Вот и я надеюсь, что ты страдаешь! Потому что никому нельзя жрать моего дракона!

Возможно я выкрикнул последние слова вслух, пока стремительно сближался с врагом. Не уверен. Вот в чём я не сомневался, так это в желании шамана немедленно покинуть поле боя. Он даже попытался отбросить в сторону Сандала. Скорее всего, чтобы получить возможность переместиться в пространстве.

Но дракон, несмотря на своё состояние, уловил мои последние мысли. И теперь сам вгрызался в энергетическую структуру противника, не позволяя ему убраться отсюда куда подальше.

А через пару секунд рядом с завывающей и охваченной языками пламени фигурой, оказался и я.

Удар. Клинок вошел в расплывающееся брюхо, которое постоянно меняло форму и вовсю полыхало бледным пламенем. Я вонзил его ещё глубже, пробивая врага насквозь. А потом скомандовал Сандалу убираться. Тесный контакт был губителен и для самого дракона — он лишал его мощи и разрушал энергетическую структуру. Зелёный и наполовину призрачный тролль, мало того, что рвал его на куски, так ещё высасывал силу. Настолько успешно, что я не мог напитать спутника через канал связи, чтобы придать ему дополнительной мощи.

Теперь ему можно было спокойно разорвать контакт. С моим клинком внутри, эта тварь никуда не переместится.

Как только крылатая белоснежная фигура отлетела в сторону, произошло неожиданное — вместо того, чтобы попытаться бежать, ревущий от боли пузан обрушился на меня. Сам нанизался на меч до самой рукояти и обхватил руками за спину."

"Что он пытался сделать, мне было понятно — повторить тот же приём, что использовал с Сандалом. Выкачать из меня энергию, нарушить энергетическую структуру, обессилить и убить. Только один вопрос — он действительно надеялся настолько легко и просто прикончить римского бога?

Продолжая обеими руками сжимать рукоять меча, я повёл клинок вверх, рассекая его брюхо и грудину. Остановился, когда сталь оказался на уровне середины корпуса.