— И с Сехмет ты, и с Сириграми, всем услужить готова, — клюю дальше. — Фейрата любишь? Или представление очередное? Ты вот руку приложила ко всему, а сейчас твои сёстры на полях сражения гибнут сотнями не за что. А потом вампиры всех ваших детей живьём жрать будут. Сердце не ёкает!? В аду гореть будешь, тварь.

Молчит, а мне хочется в горло вцепиться. Да хоть кого — то уже прикончить для утешения.

— Впечатляюще, — хмыкнула Джуна и улыбнулась себе под нос.

Я вдруг подумал, что знать не хочу, кто ещё им служит. Потому что если выйдут новые приспешники в плащах. И там окажутся самые дорогие мне… я без промедления сделаю всё, о чём меня попросят эти дьяволы.

— Всё, достаточно, — бросил Аргирис и поднялся.

От того, что он пришёл в движение, оба приспешника аж в лице потемнели.

— Скажи ему, как есть. Он всё равно забудет, — выдала вдруг Джуна, поднимаясь следом.

— На этот раз всё по — другому, — ответил Аргирис, нависая надо мной. — Ни он, ни те двое больше не вернутся. Ведите.

Чем — то созвучно с «казните».

Аргирис двинул за коралл и тут же полегчало.

Газим с Имирой зашли за спину с двух сторон и вынули из коралла по одному замаскированному стержню, к которым, как оказалось, и крепятся другие концы цепи.

За всем этим делом строго наблюдает Джуна.

Атмосфера откровений схлынула, наступила атмосфера неизбежного.

Меня хладнокровно потянули их слуги за цепи, через которые я вдруг ощутил не только непрерывное высасывание магических сил, но и ток, идущий мне, будто прямо в жилы. Слабые разряды, мешающие мышцам нормально сокращаться. Поэтому я иду в упряжке из цепей, как старый дед на пределе сил и контроля собственного тела.

Мысли роятся в моей башке, как пчёлы. И собрать из них в нечто стоящее не выходит. Я просто не понимаю, за что сражаются они, ещё и обставили так, будто злодей кто — то другой.

А точнее обитатели Центра. Или сам Центр?

Если учесть, что там вампиры…

Через шагов двадцать, что дались не очень легко, я уже вижу нишу в полу под углом, напоминающую проём в бункер. С той разницей, что он не глубже метра.

А там люк из литого, блестящего синевой металла и рёбра в виде солнышка с кругом в центре. Петель не видно, люк впаян наглухо в породу монолитную.

Приспешники почти одновременно воткнули штыри с цепями в новые гнёзда с обеих сторон. Вышло не в натяг, но манёвры ограничены. Встаю послушно, когда до люка четыре шага.

Такое впечатление, что Сиригры здесь уже давно всё организовали, и я в пленении не первый.

Всё это время они провоцировали меня, чтобы знать возможности, и быть готовыми к моим выкрутасам.

И они готовы, я даже блёстки из — за токов сформировать в башке теперь не могу.

Аргирис подходит ко мне со спины.