Он пошарил по тумбочке, нащупал телефон, включил его:

– Да?!

– Спишь? – раздался голос Горшкова.

– Уже нет.

– Мы были у врача. Все, что надо, узнали.

– Что с ней хотят сделать?

– Все при встрече. Когда будешь дома?

– Сегодня после 19.00.

– Там встретимся и поговорим. Обдумаем, как провести акцию встречи с девушкой.

– Я уже все продумал.

– Значит, обсудим твой план.

– Но с ней ничего страшного?"

"– Пока нет! По меньшей мере, неделя у нее и у нас еще есть. До встречи.

– Давай!

Отключив телефон, Павел посмотрел на часы. Без двадцати пять.

Больше уснуть он не смог.

Поворочался на диване, а в 5.30 встал и пошел в душ. В шесть часов Павел вышел из дома. Было уже светло, на востоке поднималось солнце, щебетали птицы, квакали лягушки на озере. Где-то завела свою песню кукушка. Капитан не стал загадывать, сколько ему осталось жить, потому что с появлением Елены и возвращением на службу его жизнь началась с нуля. Новая жизнь. И сколько она продлится, Павел знать не хотел.

Прогулявшись за зданием, он вернулся в помещение, позавтракал и вышел к сауне.

Садовник уже сидел на скамейке, курил.

– Привет, Алексеич!

– Здорово! Как после вчерашнего, руки, ноги не болят?

– Нет, я привык к нагрузкам.

– А у меня болят. Но ничего, даст бог, сегодня Алла Борисовна ничего не учудит. Готов?

– Как пионер!

– Ну, тогда пошли. Цуканов уже торчит у особняка.

Цуканов выглядел задумчивым. Одновременно с Павлом и садовником к нему подошел начальник охраны. Все поздоровались.

– Что-то не так, Алексей Викторович? – взглянул на управляющего Боровской.

– Сегодня работаем до одиннадцати часов, – неожиданно произнес тот.

Кулагин сразу понял, почему сократили рабочий день.

Алла Борисовна ожидала прихода Икорина и не хотела, чтобы врача видел новый работник. Видимо, он вызывал у нее какие-то опасения.

– И из-за этого ты хмуришься? Тебе же лучше, – воскликнул Боровской.

– Ну да, сегодня короткий день, а в выходные запрягут как осла.

– Ты чем недоволен, Алексей Викторович? Понятно, когда Кулагин выражает недовольство, но ты-то?

– Да я в порядке. Просто в последнее время нервишки пошаливают.

– Ну, тогда поезжай домой и нажрись вусмерть. Или жена запрещает?

– Слушай, Михаил Григорьевич, не лезь в мои дела, а? – зло взглянул на Боровского Цуканов.

– Да ради бога! – развел тот руками.

Управляющий повернулся к садовнику:

– Вам работать в розарии, там Алла Борисовна увидела пару поникших цветов. В общем, в одиннадцать конец рабочего дня. Кулагин может поехать домой.

– Не может, а должен поехать, – сказал Боровской, доставая из кармана сложенный вдвое конверт. – Завезешь на главпочтамт и отправишь заказным письмом. Квитанцию мне. Сделать это надо до пятнадцати ноль-ноль. Возвращаться сюда смысла нет. Советую заглянуть в автосалон.