Но она не дала мне этого.

— Не трогайте меня, а то я сейчас закричу.

Я так и замер. Именно в тот момент понимая, что она пока была не готова. Не готова слушать меня, не готова попытаться понять, что же произошло, мне надо было дать ей время.

И именно поэтому я сделал то, что считал нужным в тот момент: позволил ей выйти из приёмной с этим её заявлением. А сам развернулся, и направился в кабинет.

Работа кипела, а я никак не мог в неё включиться. Постоянно раздавались звонки, приходили письма, кто-то приходил ко мне, чтобы что-то обсудить, но всё, на что я был способен, это следить сквозь открытую дверь за столом Даши. Потому что прошло уже больше часа, а она так и не появилась на рабочем месте.

Серьезно волноваться я начал, когда закончился и обеденный перерыв, а её всё ещё не было.

Разумеется, её мобильный был отключен. Я несколько раз прошёлся по всему офису, но нигде её не встретил. И у кого бы не спрашивал, не видели ли они мою помощницу, все отвечали отрицательно. Хотя, их больше занимал мой внешний вид.

Мы оба с Арсением выглядели не лучшим образом. При этом он остался работать из дома, а я не мог позволить себе этого, потому что мне нужно было встретиться с Дашей.

Когда рабочий день подошёл к концу, я не просто волновался, а был уже в панике. Вдруг с ней что-то случилось? Бросив все дела, поехал к её дому, но наткнулся лишь на выключенный во всех окнах свет.

Поднялся на этаж, но ни звонки в квартиру, ни стук тоже ничего не дали. Пришлось ехать домой ни с чем.

Следующим утром приехал на работу ни свет, ни заря. Ну не могла же она пропустить еще один рабочий день? Заявление на увольнение я не подписывал, она обязана была прийти.

Ожидание было невыносимым, и уже через полчаса после начала рабочего дня, когда я понял, что она не придёт, я сидел в отделе кадров.

— Вызванивайте мне Дарью Михайловну! Это ни в какие ворота не лезет! Она просто не пришла на работу. Выясните, где она. И… и всё ли в порядке у неё. — Добавил я последнее уже менее нервно.

Специалист отдела кадров смотрела на меня с какой-то смесью удивления и непонимания. Я что, как-то невнятно объяснялся?

— Данил Петрович, простите, но Киселёва ведь уволена вчерашним числом… С чего бы ей быть на работе?

— Как уволена? — Я сел на стул, стоящий напротив стола женщины, а она наоборот встала, и начала рыться в каких-то бумагах.

— Вот, сами смотрите. — Передала она мне стопку бумаг, поверх которой лежало заявление. — Написала заявление по собственному. Петр Романович подписал, позвонил потом сам лично сюда, сказал уволить вчерашним числом прямо, еще и денежную компенсацию ей выписал какую-то… но это уж я так, в бухгалтерии краем глаза увидела…

— Петр Романович подписал, значит..