Как тогда ощущаю его губы — настойчивые, твёрдые, требовательные.

Я вроде как взрослый человек уже, как могла повестись на это?

Обнимаю Буську, сгибаясь пополам, утыкаясь носом в мягкую щетину. Кошечка моя не любит, когда ее обнимают, но сейчас даже не шевелится, преданно терпит. И успокаивающе мурчит.

— Нет, мне не больно, родная. Все хорошо, — впитываю ладонью заботливое тепло, глажу свою любимицу.

Столько мыслей в голове. Не получается собрать их воедино.

Зачем он это сделал? Видел же, что я не играю, что я искренне к нему привязываюсь. Он же понимал все. Зачем он так со мной?

Стук в дверь раздаётся неожиданно.

Я думала, у Итана дела до вечера. Уверена, это он. Больше у меня никто не бывает. Даже с соседями я не дружу. А Кристина привезёт малого лишь к шести.

Поднимаюсь на ноги вместе с Буськой. Уныло плетусь к двери, глотая слёзы, стирая с лица влажные дорожки.

Как только щёлкает замок, мужчина мгновенно переступает порог.

В его руках ландыши. Много маленьких букетиков. Я обожаю их яркий тонкий аромат, сотканный из нежности. Только именно к этим цветам прикасаться не хочется.

— Зря старался. Я выброшу.

Отворачиваюсь и прохожу в комнату, заранее зная, что Итан торопливо бросит прекрасные создания на комод, сам закроет дверь.

А потом настигнет меня.

Его касания вызывают неприязнь, и я стараюсь вырвать руку. Но мужчина сильнее. В этой неравной битве он выходит победителем и не отпускает. Его бездонные глаза полны раскаяния и горечи. Я жду оправданий. Всем сердцем. Ну же. Почему он молчит?

Мы смотрим друг на друга, не произнося ни слова. Мне казалось, я Итана хорошо знаю. Сейчас в глубоководных синих омутах я различаю неизмеримое сожаление и признаваемую вину.

Ещё утром я бы на это повелась. Безоговорочно. Теперь — нет.

— Хочешь, ударь меня. Хочешь — кричи, — скорбно мотает головой, — ну только не смотри на меня так, пожалуйста. Я очень виноват, знаю, — замолкает и наполняет грудь воздухом. От него исходят волны отчаяния и безнадежности. И эти же чувства ядовитыми щупальцами проникают в мое израненное сердце. — Мы разошлись. Мы поговорили. Давно это уже надо было сделать. Просто я трусил и откладывал. И я очень боялся, что ты узнаешь.

— Сколько вы с ней вместе?

— Кай, это сейчас неважно. Важно то, что мы с ней чужие люди и задыхались мы с ней вдвоём.

Боясь нарушить привычный круг. Когда встретил тебя… никогда даже подумать не мог, что мой мир перевернётся вот так…

— Ты из-за меня бросил ее? Ты понимаешь, что ты сделал?

— Нет. Ты ни в чем не виновата. Дело в нас с ней. Не в тебе. Наши отношения давно уже были разрушены, просто осознали это мы с ней только сейчас.

— Осознали только сейчас. Но ухаживать за мной ты стал намного раньше.

— Да, — роняет, не сводя с меня потемневшего взгляда. — Я знаю.

— Ты меня обманывал.