Правда, они какие-то странные, всего с двумя колёсами.

— Какая разница. Распорядись, чтобы в первую очередь вывозили шёлковые ткани, специи и дорогое оружие. Золото, серебро и дорогие побрякушки грузить на «Святую Агнетту». Командирам полков я об этом уже говорил, но ты проконтролируй, чтобы разную ерунду на корабли не тащили. Не забудь про ковры. Брать только новые и не заляпанные кровью. Да, дети эмира и девушка, что была здесь, поплывут тоже на «Агнетте». Подготовь матрасы и одеяла, им придется пару дней провести на палубе. Сколько там детей?

— Не знаю, господин граф. Кто их считал?

— Ладно, разберёмся.

— Да, господин граф, там вас в коридоре ждёт командир кирасир. Прямо рвался к вам.

— Они собрали коней воинов эмира и теперь просто не отходят от них.

— Вот ведь. Ладно, пошли, пообщаемся.

Мы вышли из комнаты и ко мне тут же подскочил офицер карасир.

— Ваше сиятельство, лейтенант фон Рейтцель. Командир кирасирской полусотни.

— Ваше сиятельство, такие кони, такие кони…

— Ну, да, кони у них хорошое и что?

— Ваше сиятельство, их надо обязательно вывезти.

— Лейтенант, мы даже из Танжера с трудом коней возим. Полуживыми привозим.

А здесь путь вдвойне длиннее. Какой смысл везти коней, если они всё равно по дороге передохнут.

— Но ведь можно выгуливать коней на безлюдных берегах.

— Лейтенант, ты хочешь, чтобы я рисковал людьми из-за коней? Ты в своём уме? Иди, не зли меня.

Он повернулся и поплелся на выход их дворца. Мы пошли за ним. Во дворе крепости сплошная суета. На какие-то коротенькие двухколесные повозки грузится товар. Мешки, рулоны ковров, штуки шёлка и хлопка.

— Элдрик, распорядись, чтобы ткани из хлопка и шерсти грузили в последнюю очередь. Сначала шёлк.

Да, что за шум за воротами?

— Там рабы собрались.

— Местные рабы. Ушли от хозяев и пришли сюда, к крепости. Но в крепость их не пускают, вот они и стоят на площади у ворот.

— Ну, пошли посмотрим на этих рабов.

Прошли к воротам, лавируя между повозками и кучами различного добра. За воротами стояла небольшая толпа людей, человек в сто. Одеты в местное тряпье, но по лицам видно, что европейцы. Увидели меня и загалдели. Даже стали подступать ко мне, но охрана их быстро осадила.

— Германцы есть? — крикнул в толпу. Молчат.

— Кто-нибудь понимает германский язык? — опять молчат.

— Латынь кто-нибудь знает?

Несколько человек стали протискиваться ко мне. Приказал охране пропустить их. Пропустили, но оружие отобрали. Надо же, уже все вооружены. Хотя понятно, на берегу куча трупов с оружием, с них и поснимали.

— Бывшие рабы. — ответил один из мужиков, с гордой осанкой.

— Вы, как христианин, должны нас вывезти отсюда.

Опять двадцать пять. Небось у своего хозяина молчал в тряпочку, а передо мной взялся права качать. Не люблю придурков. Повернулся к охране.