Происходящее в этой комнате казалось нереальным. Сюрреалистичным, словно дурной сон. Противоречащим законам физики, логики, и самого мироздания. Мертвец воспользовался силой. Без тотемов, просто взял, и…

— Долго объяснять, Павел Филиппович, — ответил Морозов.

я глубоко вздохнул, пытаясь вернуть самообладание. И обернулся к Морозову:

— Бред какой-то. Наверное, допрос не получился. Не понимаю, что пошло не так. Я вижу такое впервые.

— Да нет, Павел Филиппович, — ответил Морозов. — Допрос наоборот получился весьма познавтельным.

— Как же? — удивился я. — Все это про миры…

— Это правда, Павел Филиппович, — оборвал меня Морозов. — Они прибыли из другого мира. И привел их Руслан Нилович Минин. Наш оппонент мироходец, мастер Чехов.

Я замотал головой, словно пытаясь отогнать морок. Ошеломленно переспросил:

— Мироходец? Это как?

Морозов задумался, будто не зная, как объяснить мне происходящее.

— Тут в двух словах и не скажешь, — ответил он после паузы. — Если совсем вкратце, то это человек, который умеет ходить между мирами.

Я не ответил. Просто стоял и смотрел на главу кустодиев, раздумывая, не случилось ли чего с ним от нервной и тяжелой работы на ответственном посту. Затем перевёл взгляд на Зимина. Но Стас невозмутимо рассматривал лежавшее на столе тело. Словно он был уже в курсе этой истории. Заметив, что я на него смотрю, криомастер просто кивнул, подтверждая слова Морозова.

— Между мирами. То есть миров много.

— Странно, что вы сомневаетесь в этом, Павел Филиппович. Вы же точно знаете, что призраки покидают этот мир. И должны предположить, что они уходят в другой мир.

— Это дороги мертвых, — пробормотал я растерянно.

— Разница только в том, что призраки уходят без багажа, а мироходцы способны протащить в другой мир еще и свою телесную оболочку.

— Откуда вы это знаете? — уточнил я, и Морозов усмехнулся:

— В числе прочих обязанностей кустодии следят за такими перемещениями. Мы наблюдаем за пересечениями границ этого мира, не оставляя чужаков без контроля. Потому как мироходцы могут быть весьма опасны. Они приносят в себе таланты, которые чужды этому миру. Есть способности, которые рушат гармонию миров, для которых они не предусмотрены.

Я вспомнил недавний разговор с Ивановым, в котором мы обсуждали иные миры. Он тогда подсмеивался над тем, что я сам назвал существование других реальностей возможным. А теперь я сомневаюсь в этом, когда мне открыто говорят, что я был прав.

— То есть, существуют реальности, где некромантов нет? — спросил я.

— Верно. И таких миров очень много, мастер Чехов.

— Откуда в вас уверенность в своей правоте?

— Потому что я — один из таких мироходцев, юноша.

Александр Васильевич вытянул перед собой руку, и над ладонью проступили капли крови.