Они с Коваль тоже вышли во двор, и он велел садиться в его машину, что означало серьезный разговор один на один.

– Слышь, подруга, а дела-то у Малыша хреновые, – изрек он.

– Какие менты тебе! Хуже – кто-то из своих, кому-то он мешает. Тебя, кстати, не насторожило, что тебя похититель в лицо знал?

– Нет, – еще спокойно ответила Марина. – Меня в лицо многие знают.

– А я бы задумался, потому что ты его не знала. Следовательно, ему тебя кто-то показал, навел. И заметь – он не денег просил, ему контора Малыша была нужна! Даже названия фирмы, претендовавшей на «МБК», ты не знаешь, а ведь можно было пробить ее и выяснить, кто хозяин.

– Ой, ну ты умный, а все кругом лохи! – отрезала она. – Фирму эту сразу и ликвидировали. А еще скорее – адрес у нее липовый, живет какая-нибудь баба Нюра, которая и слыхом не слыхивала ни про какую фирму, что по ее адресу зарегистрирована. Глухая тема, Серега.

– Тогда думай, как будешь своего драгоценного Малыша опять грудью закрывать. Чует мое сердце, что не кончилось еще ничего. Кстати, а чего это ты к Виоле поперлась? – вдруг спохватился он.

– По кобелям опять? – съехидничал Розан.

– Мне – что! Пусть теперь Малыш за тебя переживает, его жена – его и головняки.

Он затормозил у Веткиного дома, сказав, чтобы Коваль позвонила ему, как закончит.

Ветка встретила ее радостно, обняла, поцеловала:

– Слушай, да ты расцвела просто! Глаза блестят, улыбаешься! Тряпки эти только…

– Вета, не лечи меня, не надо – это не изменится.

Она понимающе кивнула и потащила подругу в гостиную, не дав даже снять шубу.

– Глеб, кофе! – крикнула она, усаживая Марину в мягкое кресло.

– Ветка, у меня предложение, – начала Коваль, не откладывая. – Хочу познакомить тебя с классным мужиком. Заодно ты его от меня отцепишь, а то, если Егор узнает, мне – песец!

– О-па! Ну, ты даешь, Маринка! С утра такое предложение. А что за мужик?

– Серега Строгач, слыхала?

– Что, тот самый? – удивилась Ветка.

– Да один он такой вообще. Сама понимаешь, дядя непростой, придется потрудиться на одном хорошо известном поприще, зато потом жизнь наладится, до самой смерти горя знать не будешь.

– Моей смерти или его? – поинтересовалась умная Веточка.

– Как повезет, – серьезно ответила Марина, что было абсолютной правдой. Образ жизни научил ее относиться к смерти довольно спокойно, быть готовой к тому, что в любой момент кто-то из ее людей, а возможно, и она сама, мог оказаться не на этом свете, а на том. «Издержки бизнеса», – объясняла она мужу.

– А у тебя с ним что? – продолжала допрос Ветка.

– Он помог мне вытащить Егора, я расплатилась, как смогла. А теперь боюсь, что он меня опять в койку потащит. Мне оно надо – при Егоре-то? А отказать я просто боюсь, он меня тогда грохнет. Или – что хуже – Егора. Вот и подумай.