Кейли зовет из глубины дома:

Мы следуем за Деброй в гостиную, где Кейли и Эван сидят на диване. Их бедра прижаты друг к другу, а рука Эвана перекинута через спинку дивана и защищает Кейли. Они выглядят милыми, счастливыми и очень влюбленными. И немного загорелыми после медового месяца.

Роберт, со своей стороны, сидит в кожаном кресле, его бокал с виски выглядит свеженалитым. И несмотря на то, что мы пришли вовремя, возникает ощущение, будто мы что-то прерываем.

– Вы решили собраться пораньше, чтобы посплетничать обо мне, – догадывается Коннор, оглядывая комнату. Я чувствую, как его вес смещается, когда он готовится уйти, поэтому крепче сжимаю его руку. Это напоминание о том, что мы здесь, мы делаем это вместе, и ему лучше не заставлять меня бежать в самых сексуальных туфлях на каблуках. Я, вероятно, сломаю лодыжку, упаду, и тогда Коннору придется решать, бросить меня на съедение волкам или найти время, чтобы подхватить и отнести в безопасное место.

Хм… подождите, отличная идея для следующей книги. Может быть, Райкер сможет спасти Эмбер? Или, черт возьми, она могла бы спасти его. Я не зациклена на гендерных ролях. Эмбер может стать рыцарем в сияющих доспехах.

– Нет, конечно нет, дорогой. Мы просто… – тараторит Дебра, делая паузу в поисках нужных слов, – взволнованы, какими новостями ты можешь поделиться с нами.

Кейли не подыгрывает лжи Дебры, смеется и говорит Коннору:

– Мама поспорила, что Поппи беременна. У тебя маленький пирожок в духовке?

– Кейли Мари! – кричит Дебра. Она смотрит на меня с ужасом в глазах, но не от слов дочери, а от того, что она так открыто рассказала правду. Стараясь сохранить подобие манер, она спрашивает: – Хм, но раз уж Кейли упомянула об этом… вы…

– Нет, мам, – огрызается Коннор, не видя во всем этом юмора. – Я не обрюхатил ее.

Я качаю головой и говорю Дебре чуть более мягко:

– Нет, я не беременна, хотя практика – это очень весело. Но мы в безопасности: растягиваемся до и после, чтобы предотвратить травмы мышц.

Какое бы облегчение она ни почувствовала, узнав, что я не беременна, оно исчезло при упоминании о нашей с Коннором сексуальной жизни, но эй… задал личный вопрос – получай личный ответ.

Коннор, однако, ведет себя как бык в посудной лавке, почти не расслабляющийся, несмотря на мои попытки шутить.

– Готов поспорить, папа решил, что меня в чем-то обвинили. А ты, Кейли?

Кейли закатывает глаза, но не выглядит расстроенной.

– Ты прав насчет папы. – Она прижимается к Эвану и добавляет: – Наша ставка, что вы двое сбежали, а теперь хотите сказать нам, что свадьбы не будет, потому что вы уже поженились. – Она вздыхает. – Я бы не винила.