— А теперь расскажи мне, что случилось с Шианикой? Какие успехи у Олли? Насколько продвинулись пустые? Что говорит совет трёх? Где сейчас Зейнал и Цивиус? Какие цены в квартале ремесленников? Знаешь координаты действующих переходов? Сколько у тебя есть сейчас камней душ?

Кайрон хмыкнул, залил в себя остатки амброзии, отставил стакан и начал обстоятельно отвечать. Я слушал, мало что понимая, но старался запоминать новые имена и слова.

Глаза хозяина сверкали, делая его совсем молодым, особенно когда он принялся рассказывать о том, как совет отправил за грань три сотни каких-то архангелов, вместе с некими Цивиусом и Зейналом, после чего вернулись только эти двое. Страшно изуродованные и едва волочащие свои тела. После такого совет решил, что они дезертировали, а затем и вовсе поместил их на Дорнийское дно.

После таких слов Мишон надолго замолчала, я чувствовал, что от неё идут странные сигналы, но распознать почему-то не получалось. Пришлось прервать молчание своей ментальной сожительницы и внести свою лепту в разговор:

— Что такое это Дорнийское дно? — пытаясь уклоняться от ударов пола, который то приближался ко мне, то отдалялся.

— Дорнийское дно — это Дорнийское дно! — как-то слишком резко ответил Кайрон с внезапной злостью в голосе.

Я же продолжал качаться, думая, что остался без ответа, но мне на помощь пришла Мишон.

— Это место, куда отправляют ангелов, которые потеряли крылья. Как Кайрон. Только вот ему повезло, в его роду есть архангелы, первые после бога, такую кровь попусту не пускают. С Дорнийского дна не возвращаются, там гниют заживо.

— Как это? — я даже немного протрезвел, желая узнать подробности.

— Представь, что ты бьёшься за объедки, которые не насыщают, а только возбуждают голод, настолько они малы. Тебя окружают вечная сырость, холод, болезни. А солнце ты видишь лишь один раз в день, в зените, всего лишь на полчаса.

— Хреново, — оценил я. — Если не сказать хуже. Они были твоими друзьями, эти двое?

Мишон какое-то время молчала, но всё-таки ответила:

— Да. И мы должны их вытащить оттуда, — её голос окреп, обретая уверенность. — Без них мы не сможем усилить тебя так, как следует. Нас сейчас слишком мало.

Что интересно, во время разговора Кайрон не встревал, а лишь внимательно наблюдал за моим лицом. Видимо, моя мимика показывала, что говорю я не с ним.

— Она говорит, что их надо вытащить, — передал я слова Мишон ангелу без крыльев.

И по его изменившемуся и побледневшему лицу я сразу же понял, что это затея не просто безумная, а что-то уже за гранью, далеко за гранью возможностей.

Витиевато выругавшись и помянув прабабок советников, которые согрешили с пустыми, Кайрон зло подскочил, но злость его была направлена не на меня.