– Она без сознания пока что, – снова заученно ответила я, – но доктор говорит, что оснований опасаться за ее жизнь нет – скоро Катюша придет в себя.

– Это хорошо, – часто закивал старший Курбатов и перекрестился размашисто, – слава богу, что все обошлось.

– Да-да, слава богу, – согласилась мадам Полесова, – мы думали навестить Катюшу сегодня же, тем более что молодой человек из полиции сказал, где она лежит, но, раз бедная девочка без сознания, думаю, лучше повременить.

Граф Курбатов на это лишь кивнул, но даже не попытался выяснить адрес госпиталя. Впрочем, я не исключала, что он уже его знает, поскольку в газетной заметке о происшествии вполне ясно было написано, что раненую девушку поместили в госпиталь при храме Успения Пресвятой Богородицы, что на Никольской улице.

– Но я слышал, в вашем доме случилось куда более счастливое событие, – снова обратился ко мне граф. Привстал и поцеловал мне руку, – разрешите поздравить вас, Лидия, с помолвкой.

– Благодарю, – не очень охотно улыбнулась я.

– Да, Лиди, всецело присоединяюсь к словам дедушки! – Алекс поспешил тоже мне поклониться. – Весьма рад за вас! Надеюсь, месье Ильицкий окажется достоин оказанной ему чести.

Не уверена, что в тоне его не было сарказма. Да что там Алекс… каждый в этой зале, я не сомневаюсь, считал меня теперь девицей чрезвычайно прыткой и ушлой, которая ловкостью заставила благородного рыцаря Ильицкого заключить эту клятую помолвку. Неужто мне до конца дней жить с этим?

От страданий меня отвлек все тот же шелестящий голосок Мари. Кажется, сегодня она вознамерилась говорить исключительно по-французски:

– Deux mariages un après l’autre – c’est charmant! Vous êtes d’accord, Алекс?[57]

– Боюсь, свадьба Алекса случится не так скоро, как венчание мадемуазель Тальяновой, – ответил за внука граф.

 – В конце июня, я думаю. А быть может, и позже.

Младший Курбатов не ответил.

– C’est une bonne nouvelle[58], – весьма двусмысленно отозвалась Мари и – кажется, впервые за вечер – подняла глаза на Алекса, встретившись, разумеется, с его взглядом.

И что-то в этом молчаливом переглядывании было такое, что я подумала: не знаю, как у Алекса, а у бедной богатой наследницы мадемуазель Волошиной свадьба и правда, кажется, будет еще не скоро.

И снова я посмотрела на заколку Мари, подумав, что гребень этот – подарок слишком уж дорогой для «просто подруги».

Может, и правда это лишь совпадение, что изображением на заколке оказалась сорока? По крайней мере, сейчас мне очень хотелось в это верить.

– Собственно, дорогая Елена Сергеевна, – оборвал те переглядывания граф Курбатов, – мы с Алексом приехали сегодня затем, чтобы…

Договорить он не успел, поскольку, тихонько постучав, в гостиную заглянула горничная Анна.

– Господа Стенин и Ильицкий с визитом, – оповестила она.