А я… А я что? Смотрел, как с ее волос стекают капельки воды, сохранял серьезное выражение лица, а сам усиленно прогонял возникшую перед глазами картинку, как эти капельки воды стекают по ее телу… Ох, кошмар, как тут работать можно?

Хорошо, что в кабинете тогда сидел Кейдж. А то я был чрезвычайно близок к тому, чтобы наплевать на все рамки приличия и отправиться собственноручно показывать Флоре, где у меня полотенца находятся… И не только полотенца… И не только показать, но и задержаться в душе… Вдвоем. Надолго.

Я молодой мужчина с бушующими гормонами, в конце-то концов.

И эти самые гормоны кувалдой долбили по голове, давая волю воображению.

"Окстись, Морис, — говорил я себе. — Вдохни, выдохни и включай голову, а не то, чем ты думаешь сейчас. Она. Просто. Твоя. Стажёрка!!".

Но из всего внутреннего монолога подсознание упорно вычленяло только "она твоя". Предательское подсознание. Как и некоторые части тела.

Чертовски сложно работать и мыслить адекватно, когда в твоем душе моется красивая девушка. А ты, вместо того, чтобы помочь ей в этом деле, сидишь, как идиот, с отчетами Сивронского, перечитываешь в пятый раз одну и ту же строчку и пытаешься найти знакомые буквы.

Даже находишь их в конце концов.

Единственным правильным решением было бы настоять на переводе Флорианетты в другую группу стажёров. К тому же Сивронскому, например. Я даже собирался всерьез поговорить с отцом и Наставником Ильфорте на эту тему.

Но резко поменял мнение, вынужденно проведя одну бессонную ночку в собственной же спальне в собственных же наручниках. В красках представляя себе, что и как я сделаю с одной блондинкой. О-о-о, сколько я всего успел обдумать за эту ночь!.

. И к утру, поняв, что Флора, помимо всех своих бед, еще и умудрилась забыть про меня — забыть!! Про меня!!! — резко передумал переводить Флору в какую-либо другую группу.

Хренушки ей, а не другой куратор. Я ее так "откураторю", что ей мало не покажется. И обязательно пристегну ее саму наручниками. И сладко накажу как следует. За всё. Она навсегда меня запомнит, черт возьми, — так я тогда для себя решил. Еще даже не догадываясь, какой взрывоопасный коктейль эмоций ожидает меня впереди… Впрочем, желание сладко наказать от этого никуда не делось.

Оно только крепнет с каждым днем, и к этому желанию примешиваются другие эмоции и чувства.

— Пообещай, что не будешь использовать подслушанную информацию против самой Флоры, Морис.

— За кого ты меня принимаешь?

— За ловеласа и негодяя, хм, Купидо-о-ончик?

Я аж подавился клубникой.

— Тебе еще не надоело стебать меня на эту тему?

— О, нет, что ты, я только начал входить во вкус, — с серьёзным выражением лица ответил Эрик. — А ты как, еще не начал входить во вкус, а, кисуля?

Мой глаз нервно дёрнулся.