— голос уже звучал на полную громкость, перекрывая собой звуки окружающего мира. Кажется, я все-таки сошла с ума.

— Вся эта боль… Зачем она тебе? Ты знаешь, где сможешь от нее избавиться… — улышав эти слова, я почувствовала, что в груди разжигается отчаянная надежда на спасение.

Я ведь и правда знаю это место. Там можно избавиться вообще ото всех эмоций. По губам потекло что-то теплое, капая на сложенные на коленях руки, а левое запястье будто змеи кусали. Что за фигня? Я встрепенулась, сбрасывая с себя липкую ауру безнадежности и отчаяния, и осмотрелась немного ресфокусированным взглядом. Где я?

— Снежка! — воскликнул Талахай, увидев, на что я стала похожа, и резко выжал тормоз. Нас дернуло вперед, и в креслах мы остались исключительно благодаря ремням безопасности, а иначе собирать бы мне зубы по всему салону. Мне пойдет вставная челюсть? — Эля!

— Не ори, башка трещит. — хрипло прокаркала я, скривившись от мерзкого привкуса во рту. Как можно быть вампиром? Мерзость же, не вкусно. А если представить, что другое есть не получается? То становится понятным, почему кровососы такие злые. Я бы тоже озверела, если бы пришлось каждый день такое жрать.

— Черт, Снежинка… У тебя вся аура в клочья… — шокированно выдохнул сероглазый, расстегивая ремень. К сожалению, всего лишь безопасности. А вот если бы… Да, я прямо вижу эту шикарную картину. Вот эти сильные руки опускаются на ремень брюк, вот они медленно и угрожающе его расстегивают, в серых глазах плещется насмешка, а левая бровь вопросительно выгнута. — Да что с тобой?!

— Кажется, я подыхаю. У меня предсмертный бред начался. — ухмыльнулась я, вытирая лицо рукавом. Какое счастье, что в этом мире не умеют читать мысли.

«Да что за хрень такая?!» — грохнул металлический голос, заставляя меня глухо застонать.

— Вы реально думаете, что я глухая? — прохрипела я, хватаясь за голову. — Отвечаю сразу всем, я не знаю, что это было, но догадываюсь. Черт, а ведь я уже была почти готова перенестись в подпространство…

«Думаешь, это он? Я, кстати не мог до тебя докричаться все это время. Пришлось немного тебе руку потревожить.» — виновато произнес Лид, перетакая с поврежденной им руки на предплечье.

— Класс. — сказала я, оглядывая то, на что я теперь была похожа.

Морда, руки и одежда были в крови, на против сидел испуганный моим состояние парень, а мне становилось весело. Отчание и горечь из души испарились полностью, оставляя после себя чувство нарастающего веселья и легкого безумия. Кажется, это называется эйфория.

— Давай в больницу. — сказал парень, пересаживаясь обратно на свое сидение и поглядывая на меня с тревогой.

— Нифига. — протянула я, глядя как кровоточащие раны на руке затягивются. Спасибо артефакту заживления. — Полетели, куда и планировали.