И хоть в случае осложнений я смогу в одно касание без звука убрать этого Аписа и без всяких подозрений покинуть ресторан и сам Белград, такой исход нашей встречи будет провалом моего задания. Поэтому придется собрать в кулак всю волю и самым убедительным образом улыбаться человеку, который лично мне категорически неприятен. Ну ничего – не стошнило три года назад, когда ручкался с Джейкобом Шиффом и так называемым полковником Хаусом, думаю, что не стошнит и сейчас. Тем более что там были настоящие, отборные вражины, на которых клейма негде было ставить, а тут – всего лишь большой ребенок, не наигравшийся в заговорщиков и одержимый очередной завиральной идеей слепить большое государство из того, что валяется под ногами.

К такому можно и нужно проявлять снисхождение, в отличие от тех же представителей мировой закулисы.

И вот мы с Аписом сидим в отдельном кабинете действительно фешенебельного ресторана, и стол на двоих перед нами ломится от аппетитных блюд сербской кухни. Апис, так же. ю как и я, чтобы не привлекать к себе внимание, одет в штатское, да только на нем эта маскировка смотрится как седло на корове, если так, конечно, можно выразиться про картину, когда кадровый офицер с «вильгельмовскими», загнутыми вверх усами, старается выглядеть штатским.

Я же еще со времен подготовки к американскому визиту научился носить дорогие штатские костюмы с изяществом аристократа, причем так, чтобы они не наводили на мысль об офицерской форме. Но впрочем, это все антураж. Ну, встретился зачем-то в дорогом ресторане переодетый в штатское Апис с аристократом немного восточной наружности… Кого это заинтересует? А если кого-то и заинтересует, тот будет держать язык за зубами. С капитаном Димитриевичем и его дружками шутки плохи; если что, эту истину подтвердит хоть последний сербский король из династии Обреновичей. Есть еще, конечно, разведка Австро-Венгрии, но ей факта единичной встречи для далеко идущих выводов будет все же недостаточно.

Кстати, вблизи Апис оказался даже массивнее, чем на фотографиях. Окинув меня внимательным взглядом, он придвинул свое кресло к столу; при этом оно жалобно заскрипело под его весом.

– Добрый день, господин Бесоев, – с развязанной бесцеремонностью сказал мой визави, – смотрю я на вас и не верю – неужели вы и в самом деле с той самой знаменитой эскадры?

– Напрасно не верите, господин Димитриевич, – ответил я, – в противном случае я бы тут перед вами не сидел.

– Ну и как там? – вроде бы равнодушно спросил Апис, на самом деле ожидая моего ответа с затаенной надеждой.

– Там плохо, – ответил я, – иначе бы нас тут не было. Плохо именно для России, потому что за счет своего размера она способна держать удар и, переждав тяжелое время, переходить в контрнаступление.