И вот королевич прибыл… Никогда не забуду этот момент: он выходит из закрытого экипажа, который тут же отъезжает, и первым делом галантно приветствует тетушку, а уже потом учтиво здоровается со мной; я, как положено, отвечаю на приветствие, но при этом, должно быть, отчаянно краснею… Ведь королевич и вправду донельзя хорош…

Тетушка, бросив на меня лукавый взгляд, предложила ему составить нам компанию на прогулке по саду. Все происходило чинно и благопристойно: бонна с сестричками шли чуть поодаль, так что мы втроем – я, тетушка и королевич Георгий – могли вполне свободно общаться между собой.

Правда, я по большей части шла, потупив взор, лишь изредка бросая взгляд на своего «жениха». И когда наши глаза встречались, мое сердце начинало биться сильнее… Внешность сербского принца была не только привлекательной, но и необычной. Наряду с белой кожею, только чуть тронутою загаром, он обладал четкими, выразительными чертами лица, очевидно, свойственными жителям его страны. Черные брови его были подвижны и весьма хорошо выражали его чувства в тот или иной момент. А глаза его были глубоки, проницательны и лучились молодым задором. Весь он был строен, легок и подтянут, точно молодой ягуар… Обхождение его тоже производило хорошее впечатление. Видно было его искренность и целеустремленность.

Украдкой я старалась разглядеть его получше. Вести себя с ним непринужденно не позволяла мысль о том, что это, возможно, мой будущий муж… И одновременно думалось с какой-то непривычной тоской: вот еще вчера я была ребенком и любила играть в куклы, а сегодня меня уже рассматривают в качестве будущей невесты… И потому душу мою раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось стать взрослой. Хотелось выйти в свет, посещать балы, приемы, театр. Но, с другой стороны, так жаль расставаться с детством, с милыми невинными проказами! Тетушка рассказывала, что когда ее первый раз вывели в свет, она чувствовала себя диковинным зверьком, которого выставили на продажу…

Общение наше с королевичем Георгием заняло не более двух часов. Если уж говорить честно, то это были смотрины. Даже мои сестрички мгновенно поняли, в чем дело, и потому, перешептываясь, посматривали в нашу сторону с лукавым любопытством, как ни старалась бонна отвлечь их. Уже потом, когда королевич попрощался и сел в экипаж, который за ним специально прислал Вячеслав Николаевич, ко мне подошла малышка Анастасия и с хитрой улыбкой прошепелявила (у нее как раз выпали передние зубы): «тили-тили-тесто, жених и невеста…», чем очередной раз вогнала меня в краску. Хорошо, что «жених» этого уже не видел, так как его экипаж тронулся.

Как только он скрылся из виду, остальные сестрички подбежали ко мне.