Жених оглаживает оголённые ножки, пробираясь слегка под подол. И смотрит снизу-вверх, прошибая яркими молниями.

— Только не продумали, что ты кольцо искать начнёшь, — усмехается теперь уже точно жених, тянет на себя и падает на спину.

— Макс! — охнув, наваливаюсь сверху.

Хохочу громко, пытаясь встать. Мужчина быстро переворачивает меня и закрывает рот поцелуем, заставляя раствориться в нем.

— Малая, — в мой сладкий сон врывается тихий голос Ансера. Плечо обжигает поцелуй. Мычу, дёргая корпусом. Спать хочу. — Ты хотела с утра слетать за тортом.

— Угу, — соглашаюсь, теснее прижимаясь к горячей печке. Горячая печка наваливается, лишая необходимого кислорода, и я просыпаюсь.

Да уж… День нашей свадьбы начался очень нестандартно. Меня пытается убить спящий жених. Не знаю, как так совпало. Но, чёрт возьми, два здоровяка-увальня — это перебор на одну маленькую меня. Особенно когда они оба жаром пышут. Ладно, Марс чуть сильнее пышет. И я зажата между ними, погребена просто.

Младший принц мычит, наваливается сильнее и грудь мою наглыми ручищами мнёт. Ансер же с лукавой улыбкой спокойно наблюдает за моим барахтаньем и помогать не планирует. Ещё один гад на мою душу!

— Спаси жену, Сер, — выдыхаю, локтями пихая Марса.

Старший хмыкает и, с лёгкостью вырвав меня из рук братишки, устраивает на своей груди. Часто-часто дышу, упираясь ладонями в плечи мужа.

— Спасибо, — широко улыбнувшись, целую в губы здоровяка. — И да, я готова полететь за тортом.

— Ещё есть время, — играет бровями мужчина и тянется к губам.

— Ансер, мы ведь договаривались, — шепчу, косясь на Марса. Одновременно намекаю и проверя: не разбудила ли наша возня младшего. Он всё-таки вчера ужасно уставший вернулся. С родителями встречался.

— Моя невинная развратница, — усмехается мужчина, поцеловав в губы. — Не знаю, о чём ты там подумала, но я хочу поваляться с любимой женой.

Краснею и сдаюсь. Поваляться ведь можно. Устраиваюсь удобнее и любуюсь Ансером. Муж же на бок переворачивается, роняя меня между ним и Марсом, и целует в губы.

У этих братьев есть какая-то суперспособность. Они убийственно действуют на меня, полностью лишая воли и заряжая своими желаниями. Я в руках Ансера безвольной становлюсь. И таю от поцелуев. Властных, жёстких. От этих рук, что бока оглаживают и к себе прижимают.

Слишком поздно понимаю, что рук больше двух, и замираю. Ансер продолжает целовать, за губу прикусывает. Толкается языком. Ласкает мой рот.

Мужские руки по телу гуляют. Гладят, немного пижаму задирают, чтобы оголённую кожу обжечь. Ансер переключается с поцелуями к шее. Холку прикусывает Марс. Заставляя дёрнуться.

— Мы… кондитер… — лепечу, часто дыша. — Сегодня свадьба.

К ягодицам прижимается и потирается кое-что каменное, толстое. Я дрожу вся.