Однако, на практике это скорее значило, что магини могли быть независимыми от семьи, владеть имуществом, вступать в право наследия наравне с мужчинами, проходить военную подготовку и быть госслужащими. Однако, руководящие посты в большинстве Ковенов, равно как и большую часть высоких придворных магических должностей занимали именно мужчины. Потому-то для магистра, человека образованного, работа с Ири была камнем краеугольным: с одной стороны, он знал о драконах достаточно и понимал, что у них статус зависит не от пола, а от ума, возраста да могущества. Знал он также, что Алый Клан состоял из боевых драконов, воинов-защитников Предгорья, элиты, что всегда стояла на острие атаки. Однако, считаться подчиненным девицы, которая на вид была младше его дочери, было для него тяжко.

С Наместником у Ири было что-то вроде крайне необычного перемирия. Дело в том, что в теории она, как дракон Огня Недр, должна была истреблять нечисть там, где видит, во славу рода. С другой стороны, от семьи она отреклась, а убить ни за что ни про что едва ли не самое умное и адекватное существо в городе — на такое у неё не поднялась бы ни рука, ни магия.

— Базово я согласна с почтенным Эу-хением, — сказала Ири мягко.

— Кто бы сомневался… — начал было Глава, но Наместник пресёк проблему на корню.

— Вы уже высказались, — сказал он холодно. — Ваш голос услышан, спасибо. Мой Властелин, прошу прощения. Продолжайте.

Ири усмехнулась: в том, что в языке местных обращение "мой Властелин" не имело женского аналога, была некоторая ирония.

— Я полагаю, мы обязаны попробовать договориться, — отметила она. — Ввязаться в войну в непролазных джунглях, против народа, владеющего природной магией и имеющего поддержку местных богов и духов — верх идиотизма и безответственности, когда есть альтернатива.

— Но у нас есть Властелин, — заявил Глава. — Как раз для этого! Ваш огонь мог бы… скажем, выжечь проблему с корнем.

— О да, — порадовалась Ири. — Вместе с большей частью леса. Или вы всерьёз считаете, что дикари будут стоять на открытой местности и ждать, пока я изволю сделать из них жаркое? И это я даже не касаюсь этической стороны такого поступка.

— Не говоря уж о том, что их шаманы тоже кое-что могут, — вклинился Бартоломью. — А боги лесов, разгневанные пожаром, без раздумий пойдут на все, чтобы спасти свою территорию. Но, это не повод соглашаться на переговоры. Мы все ещё можем засесть за стеной и истреблять зеленокожих на подходах к городу…

— И истреблять, и истреблять, и истреблять… — протянула Ири. — Истощая ресурсы, сидя в городе безвылазно, выжигая наши же поля, неся торговые убытки, рискуя горожанами, как военными, так и гражданскими — теми, что работают в лесах каждый день.