Магия полыхнула самопроизвольно, разрушительная и уничтожающая. Эт ещё успел подумать, что надо будет потом извиниться перед Ири и предложить кого-то из своих на замену, когда…

— Что же, это было неловко, — сказал Жрец, задумчиво разглядывая стремительно зарастающую дыру в груди, сквозь которую при желании можно было разглядеть узоры на стене. — И, ко всему прочему, моя любимая пижама. Ну не печально ли?

— Вы — мертвец! — воскликнул Эт потрясенно.

— В известной манере, — усмехнулся Жрец. — Как, впрочем, и большинство моих соотечественников, угодивших сюда.

Я же нахожусь тут с непосредственного распоряжения Тьмы Предвечной, которая, если излишне упростить некоторые спорные концепты, и есть Смерть. Как несложно догадаться, она позаботилась, чтобы мелкие неприятности вроде дыр в груди или оторванных конечностей не помешали мне выполнять свои обязанности. Однако да, пижамку жалко…

Именно этот момент выбрала орчанка, чтобы зайти с подносом и с размаху грохнуть его на стол. И, если со стороны Эта там располагалось несколько вполне годных напитков на выбор, включая высококлассный местный вакаби, то нанимателю своему она выбор не предоставила — единственная чашечка с плещущимся на дне отваром успокоительных трав.

— Опять? — спросила орчанка мрачно. — И нарывается, и нарывается… Женя, вот какого? Почему бы не быть, мать твою, милее, чтобы все не пытались тебя убить?

— Ой, милая, не нужно, — хмыкнул Жрец. — На этот раз тебе даже не надо меня сшивать. Цени!

Орчанка буркнула нечто, по форме своей ни разу не относящееся к благодарностям, и снова ушла.

— Угощайтесь, — улыбнулся Жрец.

— Благодарю, — прищурился Эт. — Воздержусь. А способность интересная, да… И любопытно, что произойдёт, если распылить вас на тысячи фрагментов? Они тоже соберутся воедино? Неприятный, должно быть, будет процесс.

— Вот уж не знаю, — развёл руками Жрец. — Пока всё руки не доходили проверить.

— Может быть, сейчас? — ощерился Эт. — Могу посодействовать. Я люблю эксперименты.

— Какое похвальное качество! Однако, пожалуй, ныне неурочный час.

Пару мгновений они оценивающе разглядывали друг друга.

— Вы извинитесь перед ней, — отрезал дракон.

 — Если надо — на коленях прощения попросите.

— О, это не проблема, — голос Жреца звучал мягко и вкрадчиво. — Извинения я могу нести в массы безостановочно, даже не особенно вдумываясь в их смысл. В стоянии на коленях, конечно, присутствует некоторый пошлый эротизм, но, если надо, так уж и быть… Тем не менее, говоря об извинениях и их причинах… помнится, едва вступив в должность, я писал вам письма с просьбой взять город под своё покровительство.