Она поставила на стол еще две вазочки с вареньем и всплеснула ладонями:

– Почему за тобой никто не смотрел?!

– А я никуда и не отходил: сидел рядом с родителями, дотянулся до соседнего куста, понравился грибок яркой шляпкой. Я-то всего этого не помню, мать рассказывала. Но зато теперь впихнуть в меня гриб можно только после моей смерти.

– Поэтому ты и пересел от меня на другую сторону? – строго спросила домоправительница. – Я что, садистка? Насильница?!

– Да нет… – Надо было срочно вспомнить еще одну причину для самовольства. – Просто у нас в семье всегда правая половина стола отдавалась мужчинам, а левая исключительно женщинам.

– Только что придумал? – все же обиделась тетушка.

– Да нет, правда! – Хорошо, хоть врать не приходилось: такой обычай действительно практиковался у них дома. Да и на большинстве застолий столицы. Видимо, это знала и тетушка, потому как смиренно вздохнула и уселась на свой стул с подушкой.

– Ладно! Но если будешь кушать мало, я не поленюсь прийти к тебе на помощь! Не стесняйся, бери все, что тебе нравится. А ты чего такой довольный? – обратилась она к дворецкому.

– По двум причинам: из-за грибов, – он навалил в свою тарелку больше половины поджаренного с луком лакомства, – да и торги прошли успешно.

Даже не просто успешно, ибо при таких ценах нас просто ограбили. А просто очень интересно и поучительно.

– Можешь и нам рассказать, – милостиво разрешила домоправительница. И тут же строго добавила: – Только не с полным ртом! Так и подавиться недолго.

– Еще бы! Такая вкуснотища!.. Так вот, желающих купить оказалось в три раза больше, чем животных, выставленных на продажу.

– И все они пришли? – удивился Кремон. – То-то я слышал какой-то шум во дворе, когда купался в ванне.

Думал, показалось.

– Точно – толпа! Чуть ли не весь поселок привалил. Я даже растерялся поначалу. Хорошо, что староста уже давно все продумал, и весь процесс торга свелся к обыкновенному розыгрышу лотереи. Или жребия, как вам будет угодно. Кому выпало счастье, платил денежки и уводил купленное животное. Но и это не все! Берки оставил за собой лично право продать трех похасов по его усмотрению. В самом начале одного верхового он купил для поселковой управы. Хоть и вызвал этим небольшое волнение и ворчание.

Ведь и пиявке понятно, кто им будет пользоваться. Но вот двух гужевых похасов он распределил весьма справедливо: одного – вдове, у которой четверо детей подрастают. А второго – самой многодетной семье: у них там двенадцать наследников наплодилось. Мало того, оплату произвел из своего кармана, обязав вдову и многодетного отца оплатить долг в течение года. Справедливость получила всестороннее признание и одобрение. Впоследствии лотерею разыграли вообще празднично: под довольный смех и шутки.