И тогда Диана пошла ва-банк. Она сама набрала Волкова.

— Владимир, добрый день.

— Добрый день Диана.

— Владимир, хотите, я приду к вам на свидание?

— Ой, что-то мне не нравится начало, — хитро улыбнулся Волков.

— Владимир, я вам подарю одно свидание и один поцелуй, — Диана даже не скрывала своей заинтересованности. — За одно свидание с Марией.

Она озвучила свою цену.

— Ди, вы меня прямо смутили, обычно я оплачиваю девушке свидание, — брови Волкова уехали к макушке, но на губах играла хитрая улыбка.

— Я меняю правила игры, Владимир, — Ди настаивала.

— Это не так просто, Диана, если бы ее уже осудили, то было бы проще, — усмехнулся Волков.

— Я хочу её увидеть, — настаивала Диана. — За это я вам подарю целый вечер и даже один поцелуй.

— Ох, Диана, боюсь, что поцелуя мне будет мало, — наигранно тяжело вздохнул Владимир.

— Я вам прощу даже ваш ужасный подарок.

— Да ваш ужасный фаллос, — обиженно надула губы Диана.

— Почему ужасный, мой член всем девушкам нравился, а вам, Диана, я только копию подарил, — Волков, уже не скрываясь, ржал. — Простите, что сразу не понял, вам хотелось попробовать настоящий.

— Владимир, вы пошляк!

— Ну, что вы, Диана, я просто озвучиваю то, что вы боитесь озвучить.

— Владимир, мне вас сейчас хочется ударить.

— Очень хорошо, у вас будет такая возможность. Я устрою вам встречу, а вы мне за это подарите свидания?

Через три дня за Дианой заехал Николай с охраной. Её привезли в СИЗО. На входе все проверили, Николай услужливо забрал сумку. Проносить что-либо с собой было нельзя. Никто не знал, что у нее в кармане лежал диктофон. Она хотела вывести Машку на «чистую воду».

Пока она шла по коридорам в комнате свидания, в голове у нее крутились воспоминания. Это взрослые говорят, что ничего не помнят о детстве. Диана помнила все. Помнила просторную уборную, где стояли горшки, и где они с Машкой сидели и рассуждали. Смешно? Но тогда им казалось, что они обсуждают глобальные и очень серьезные вопросы: любит ли Юрка Дашку, или Юрка делает это для отвода глаз, потому что любит Диану.

Потом вспомнила, как встретились после линейки в школе. На Машке были белые гольфы, обычные, хлопчатобумажные, а у Дианы были белые колготы, как носили взрослые, и Маша ей отчаянно завидовала. Такие вещи папа привозил Диане из Польши. Помнится, она стащила у папы пару упаковок колгот и подарила их Машке. Вот только на толстые Машины ноги они не налезли, и та плакала. В первом классе они ничего не понимали в размерах.

Помнила и выпускной. Папа у нее умер. А Маша её спросила: Теперь вы будете жить бедно, как все?

Эх, Диане надо было ещё тогда задуматься, а так ли бескорыстна любовь Маши к ней?

Двери лязгнули железными замками. Они вошли в комнату. Посередине стол и два стула. Сопровождающая кивнула ей на стул и удалилась.