Внезапно Хаджар понял, что каким бы могуществом не обладала Шепот Моря, сколько бы раз она не побеждала на турнирах Чужих Земель. Как бы ни была велика её слава дуэльного поединщика. Не важно — сколько аномалий она пережила, как часто оказывалась на коне в интригах и междоусобица сект.

Она никогда, ни разу в своей длинной жизни, измеряющейся поколениями смертных, не видела войны. Настоящей. Кровавой и грязной. Нечестной. Несправедливой. Где нет ни правых, ни виноватых. Только смерть. И немного жизни.

— Это все… неправильно, — она сжала себя за плечи и опустилась на корточки.

— Война… это всегда было где-то не здесь. Где-то там, в краях смертных и мелких адептов. Но только не здесь…

Хаджар промолчал. Он не знал, что сказать. Для него война началась в тот самый день, когда он понял, что в Город не явится волшебник и взмахом руки не поднимет его с кровати, а продолжилась в тот день, когда Примус убил его отца и мать. И с тех пор — больше никогда не прекращалась.

Для него, для Безумного Генерала, война стала частью жизни. А может — она ей и являлась.

Он подошел к Аэй, опустился рядом с ней, крепко обнял, а затем отстранился и заглянул в глаза.

Там, в море её очей, плескалась буря сотен переживаний.

— Если ты хочешь заглушить пустоту — иди к Иции, — прошептал Хаджар. — Но… представь, что испытывают все те, за кого ты теперь отвечаешь. Теперь они уже не твои ученики, а… твои солдаты, Аэй. И если страшно тебе, могучему мастеру Шепота Моря, то представь как страшно им.

В следующее мгновение Хаджар ступил на тропу ветру и оставил Аэй. Если он что и понял за свою жизнь, так это то, что нельзя выиграть в чужой войне…

Войне с пустотой. Каждый бьется на ней один, страдает — один, умирает — один и, если будет на то воля Вечерних Звезд, выживает — один.

— Каменный Молот! Я сейчас вобью этот сраный посох туда, где ты, малец, самостоятельно его даже не обнаружишь! — Албадурт вскочил на ноги, расплескав брагу. Капли хмельного задели сидевшего около того же дерева Шакха.

— Для начала то, что мне очень льстит, Хаджар, что ты решил отдать этот свиток мне, а не кому-то другому, — Артеус благодарно кивнул, а Хаджар не стал расстраивать юношу уточнением того факта, что в округе не было другого мага, которому генерал бы доверял.

Хотя он, в принципе, магам не верил… — Думаю, к конце недели я смогу разобраться с тем, как использовать это заклинание, но уже сейчас могу сказать — нам придется потратиться.

— Потратиться? — переспросил Абрахам с неприкрытым испугом.

Делал ли он вид, что пришел в себя; действительно ли справился с ударом от утраты сына; или так влияло на сознание соседство с Королем — кто знает. Даже в обычной ситуации Хаджар не мог определить, что творилось на уме у Шенси. Чего уж говорить про нынешнее их положение.