- Надо же, - кажется, отец искренне удивлен. - Казаев совсем идиот, раз решился рассказать тебе, как трахал эту Марину.

- Я не знаю, как ты это подстроил, но я знаю, что у них ничего не было.

- Можешь и дальше верить в это, - снисходительно усмехается отец. - Нравится закрывать глаза - твое дело.

Его агрессия и желание уязвить меня непонятна. А еще ранит. Я ведь его дочь.

- Чего ты хочешь от Амирана? - Судя по выражению лица отец удивлен. - Что потребовал в обмен за то, что не станешь рассказывать мне про фото?

- А ты прибежала прикрывать юбкой муженька? Занятно… 

Я вижу, что папа не воспринимает меня всерьез. Собираясь на встречу, я уже знала, что просто не будет.  И все равно теряюсь, нервничаю, что могу не справиться.

- Мужские дела тебя, Ася, не касаются.

Можно развернуться и уйти ни с чем. Но я отчаянно хочу помочь Амирану. Ведь это моя семья оказалась такой ненадежной. Именно из-за меня он оказался втянут в это все. И я не имею права подвести его. Поэтому я иду ва банк. Если бы не муж, я бы ни за что не рискнула так. Не посмела бы. Но ради любимого мужчины я готова на многое.

- Если ты посмеешь навредить Амирану или его компании, то очень пожалеешь, папа. 

Он удивленно хохочет.

- Ты что, напилась? Откуда столько смелости, Ася? Твое место - у плиты готовить еду да менять подгузники пацану. Все. А в мужские дела не смей даже нос совать. Твой муж тебя распустил. Допустил, что ты сбежала словно шлюха подзаборная, опозорила не только его, но и мою фамилию. Но это не значит, что ты вдруг стала способной разобраться в том, для чего женские мозги не предназначены.

- Ты можешь думать, что хочешь. Но если ты посмеешь сделать хоть что-то, клянусь, я пойду к тем, у кого власти больше, чем у тебя. 

Я очень рискую. У меня совершенно нет уверенности, что отец прислушивается, что он вообще поверит в то, что я способна на такое. 

- К кому ты пойдешь?Дура. Сиди и не рыпайся. А своему мужу передай - у него срок до вечера. И либо он сделает то, что я хочу, либо лишится всего. И его дядя мне только поможет в этом.

Я не верю своим ушам. Столько злости, ненависти в его словах, что начинаю задыхаться.

- Папа… Он же отец Рамиля…

Мой голос дрожит против воли. Вся моя решимость тает. Отец чувствует это и довольно кривится.

- Хватит ныть, дочь. Возвращайся домой. Если Амирану не плевать на тебя и сына, он примет мое предложение. 

В голове окончательно сгорает надежда, что все еще можно спасти. 

- У тебя больше нет дочери, - роняю перед выходом.

Мама встречает меня в коридоре.

- Ася? - встревоженно смотрит на меня. Но меня мутит. Я не могу находиться здесь. Смотрю на мать и понимаю - она всегда будет на стороне отца. Она ведь не остановила его, не возразила. И так было всегда.

- Прости, мне надо идти.

Выбегаю из квартиры, даже не жду лифта, сбегаю по лестнице. Слезы душат.