Я не имел права отказать человеку, который не бросил меня и вырастил, хотя мог отдать в детский дом.

- Зато ты мог сломать жизнь мне, - хлестко бью в ответ. Мне больно. И я эгоистично хочу, чтобы ему было тоже больно.

- Ася… - выдыхает Казаев. - Вначале действительно все было именно так. Но потом все изменилось. Я передумал, понимаешь? Я собирался признаться тебе, рассказать правду и про контракт, и про свою неполноценность.

- Надо же какая щедрость! Сейчас-то не проверишь. Теперь это ведь я виновата, что сбежала от мужа, которому не нужна и у которого любовница.

- Я уже говорил, что не изменял тебе, - повышает голос Амиран.

- А я не верю тебе. Ты лгал мне. Лгал, когда я признавалась в любви, когда доверяла тебе от и до, когда смотрела в твои глаза и видела целую вселенную. Ты мне лгал!

- Прости меня за это… 

- Единственное хорошее, за что я тебе благодарна - это мой сын. 

Он злится, я это чувствую. Даже после всего я несмотря ни на что чувствую состояние мужа. Как бы ни хотелось, но мы связаны с ним. 

- Вспомни все, что ты говорил про его отца. И подумай - нужен ли ребенку такой папа?

Казаев стискивает зубы, молчит. Потому что как и я он помнит всю грязь, что бросал столь опрометчиво.

-  Я - его отец. И тебе этого не изменить.

- Ты так в этом уверен? - цежу в ответ. - Снова начнешь угрожать?

- И за это я тоже прошу прощения, - тихо говорит муж. - Ты права. Я много чего наговорил. Но все это не отменяет того, что это и мой ребенок тоже. Я не отступлюсь, Ася. Тебе лучше принять это и перестать со мной бороться.

- Ничего не меняется, да? - горько усмехаюсь. - Ты по-прежнему пользуешься своей властью. Очень по-мужски.

- Чего ты хочешь? Скажи мне. Чего ты хочешь?

- Свободы. Я хочу свободы, Амиран. От тебя.

Это слово отравляет. Она хочет уйти - я не сомневаюсь, что контекст у Аси именно такой. Но я не согласен! Ни хера я не согласен отпустить ее. 

- Ты моя жена, - хриплю, держа эмоции из последних сил. Нельзя срываться. Не на ней. Повторяю себе, что она только недавно родила, морально неустойчива. Ей просто нужно время, чтобы понять. - Мы семья, Ася.

Она морщится, выставляет перед собой ладонь, когда делаю к ней шаг, чтобы донести эту мысль.

Как же она изменилась. Той юной девушке было бы достаточно моих слов, она бы покорно вернулась домой и стала самой лучшей женой. Но новой Асе этого мало. 

Она теперь другая. Самостоятельная, в чем-то дерзкая. И я больше не ее идеал мужчины. Сейчас это чувствуется особенно остро - во взгляде, в словах наполненных горечью и разочарованием.

Я подвёл мою жену. Облажался по полной, хотя поклялся защищать и оберегать.

- Мы не семья. И никогда ей не были, Амиран. Не надо фальши. 

Я чувствую, она не просто злится, она почти на пределе. А это не хорошо для неё.

- Я наделал много ошибок, признаю.