– Ниэль!

– Р-рано, – выдохнула я сквозь заметно выросшую ледяную корку. – Подпустите… еще ближе… я сейчас…

После этого мои глаза тоже закрыла мутная ледяная пелена, и дальше я могла видеть только с помощью «прозрения».

Вот перед внутренним взором одна за другой начали проступать бледно-серые точки медленно приближающихся зомби.

Вот следом за ними вышли из темноты второй и третий ряды, вполне осознанно смыкая строй и окружая нас полукругом.

Следом за ними новые точки стали появляться быстрее и быстрее, будто оголодавший за годы заточения лич хотел побыстрее от нас избавиться.

Окутанный сине-зеленым свечением маг беспокойно дернулся, отправив перед собой волну магии воды. Но слабую. Намного слабее, чем раньше. Похоже, все его внимание было сосредоточено на мне. Да и не было смысла отвлекаться, потому что, как мы и предполагали, на этот раз его магия мертвяков почти не задержала.

А потом из центрального прохода до нас долетела мощная ярко-зеленая волна, от которой все до единой точки на моей мысленной карте буквально полыхнули той самой зеленью, которую мы видели обычным взором с самого начала.

После чего ледяные оковы Ника с них окончательно спали, и твари с неожиданной прытью рванули в нашу сторону.

Щит к тому времени был полностью готов, но как следует его раскрутить я не успела. Поэтому, когда первые твари подобрались вплотную, Ланка поудобнее перехватила оружие и приготовилась к отчаянному сопротивлению.

Однако поскольку маг даже сейчас львиную долю сил тратил на то, чтобы восполнить мои стремительно убывающие резервы, построенная им ледяная преграда существенно потеряла в прочности. Поэтому всего через пару-тройку минут, за время которых я закончила работу, он дал первую трещину, а еще через несколько секунд окончательно развалился.

Ланка издала воинственный клич и с ходу врубилась в толпу атакующей нас нежити. Ник, отскочив от меня, с руганью бросился ей на помощь. Оставшийся где-то в стороне лич снова зашептал что-то угрожающе-мстительное. А воздух наполнился звяканьем железа, громкими выкриками, стонами, хрипами, чмоканьем и всякими другими неаппетитными звуками, которые всегда сопровождали появление нежити.

Я, правда, не видела деталей, поэтому жутковатое зрелище изуродованных разложением тел, пустых глазниц и торчащих из гнилой плоти костей оказалось для меня недоступным.

Но с воображением у меня все было в порядке, поэтому я вполне могла понять, что именно почувствовали ребята, когда свита лича на них навалилась вся разом, стараясь дотянуться когтистыми руками или хотя бы клыками впиться в такую доступную плоть.

Дальше медлить было нельзя, поэтому я усилием воли раскрутила щит и приготовилась его бросить.