Сделав небольшой выпад, я резко ушёл с линии атаки противника и оказавшись у него сбоку, провёл целую серию ударов, абсолютно безнаказанно понижая запас прочности щита оппонента.

Сергей тоже имел свои козыри: неизбежно принимая урон сбоку, парень умудрился поставить мне подножку и следом же нанести мощный удар с другой стороны. Следствием такой домашней заготовки стало то, что я неслабо грохнулся на пол, следом же пропуская один удар в корпус.

Отскочив назад и уворачиваясь от последующей серии, я уважительно хмыкнул. Васнецов был не прост, и очередной раз вызывал уважение.

Развить успех ему не дал, и напротив, обрушил на парня несколько жестких рубящих ударов, после чего перешёл к более экономным, но не менее эффективным атакам, отрабатывая по конечностям противника.

Через несколько минут такой схватки, где я постоянно колупал щит оппонента и не давал ему разорвать дистанцию и отдохнуть, отметил, что Сергей начал постепенно уставать. Движения его становились более медленные и уж совсем предсказуемые, что означало начало конца.

Никакой сенсации, супер ударов и красивых финтов не было.

Я методично разбил его барьер, так как несколько попыток выбить ему меч не увенчались успехом, и завершил схватку по команде арбитра, отметившего не лучшее состояние моего соперника.

По уже сложившейся традиции, я коротко кивнул бывшему противнику в знак уважения и направился к зрительским трибунам.

Пробираясь через непойми откуда взявшуюся в проходе толпу ребят, я вдруг почувствовал как со всех сторон по мне посыпались удары! Не кулаками, не ногами, не каким-либо оружием, нет. Четверо ребят, пользуясь по всей видимости искусственным столпотворением, лёгкими тычками ломали об мой щит иголки шприцов, что они сейчас держали в руках.

И всё это среди бела дня, можно сказать, на глазах у всего зала!

Естественно, никакого успеха им достичь в этом деле не удалось. Полагаю, нападающие возлагали большие надежды на то, что после боя я буду ослаблен или даже вовсе без барьера, но серьёзно просчитались.

— Ну, суки, вешайтесь теперь, если выживете! — злобно прошипел я, сковывая каждого из нападавших телекинезом и заставляя их выдавить содержимое этих самых шприцов себе в рот.

 — Я каждого запомнил. — бросил напоследок и не отпуская контроль продолжил свой путь.

Участвовавшая в этом цирке группа ребят, была мне мало знакома, несмотря на отсутствие гербов на груди школьной формы. По всей видимости, все они были из старших классов и скорее всего из тех простолюдинов, кто живёт в городе с родителями, как мой товарищ, Максим. Потому как проживающие в одном со мной общежитии ребята, за прошедшие несколько лет немало примелькались лицами и я бы их попросту узнал.