А Сему прижали за шантаж, на малолетке его застукали, он, оказывается, у нас любитель несовершеннолетних.

– Что ты такое говоришь?

– Паша, это, сука, мать его, жизнь, и не все твои друзья могут быть верными и кристально-чистыми перед законом.

– А Савицкий? С ним что?

– Ничего хорошего, в Италии он, ресторан открывает для молодой любовницы, сам понимаешь, куда деньги нужны были. Он ломаться, как Сема, не стал, ждать, пока прижмут к стене, достанут и начнут трясти грязным бельем.

– Да это пиздец какой-то!

Дальше лишь шаги и шорохи. Надо бы уйти, а я, застыв на месте, прижав к себе эту проклятую вазу, подслушиваю чужой разговор.

Голос первого мне знаком – это заказчик, Корнев, его и назвали по имени Паша. А вот кто второй, не знаю, но имя Вадик знакомо.

– Ольга Константиновна, я могу вам помочь?

Испуганно вздрогнула, чуть не выронив вазу из рук.

– Я хотела убрать это, у меня аллергия на лилии.

– Хорошо. Что-то еще?

– Там был Павел Львович, хочу поговорить с ним.

– Сейчас не совсем лучшее время для этого. Если желаете второй завтрак, то пойдемте, я все устрою.

Завтрака не хотелось, хотя желудок предательски урчал, и я согласилась.

Все лучше быть с кем-то рядом, чем мучить себя вопросами в одиночестве.

Значит, стервятники.

Попала ты, Ольга Константиновна, а ведь было желание выйти из машины в пробке и поехать домой.

– В три часа дня? Не рано?

– Могу предложить белое сухое урожая семьдесят шестого года.

Вольдемар виртуозно достал откуда-то бутылку вина, показал ее мне, словно я в этом разбираюсь. Мы на просторной кухне, все сверкает, пахнет вкусно, у плиты суетится повар, ему помогает еще один мужчина в белом кителе.

– Будет много гостей? – показываю в сторону поваров.

– Так что насчет вина?

Тощий совсем не слушает моих вопросов и не собирается на них отвечать. Какого хрена, спрашивается, потащил меня кормить вторым завтраком?

– Налейте. Хотя нет, ответьте хоть на один вопрос.

– К этому вину хорошо подойдет сыр, виноград и кедровые орешки.

– И это вы называете вторым завтраком? Давайте уже сразу «Кровавую Мэри», и закусим шаурмой.

– Послушайте, я не знаю, что задумали ваши хозяева и кто они, но мне это не нравится. Меня заманили черт знает куда, за много километров от города, и держите в неведении, словно какую-то куклу.

Подошла вплотную, задрав голову, этот Волдемар высокий, как каланча, смотрю в его глаза, которые не выражают ничего, и грожу пальцем.

– И я больше чем уверена, что Корнев здесь ни при чем.

Долгая пауза, слышно лишь поваров, которые даже не отвлекаются на нашу милую беседу.

– Я все-таки рекомендую попробовать вино.

– Ой, да к черту вас.

Не хочу больше находиться в этом доме, такое ощущение, что сегодня здесь будет серпентарий, соберутся змеи, гадюки, удавы, кобры, начнут шипеть и брызгать ядом.