– Конечно-конечно… я все расскажу… Вы готовы меня выслушать? – Он посмотрел на Полину, а потом на следователя.

– Говорите, – сказал Дуло.

– Тридцать лет назад мы с моей первой женой удочерили девочку…

– У вас не было своих детей? – поинтересовалась Полина.

– Сын. В то время ему было десять. Он с ревностью отнесся к появлению Алины. Мы с женой предполагали, что так будет, однако у нас не оставалось выбора.

– Почему? – Полина почувствовала, что не может удержаться от вопросов.

– Алина – дочь моего лучшего друга. Видите ли, он и его супруга погибли, точнее – были зверски убиты в своей квартире.

Вернулись с дачи, а в доме грабители… К счастью, дети с нянечкой оставались на даче.

– Вы сказали – дети?

– У Алины была младшая сестра, но позже она умерла от полиомиелита. В то время обе девочки находились в Беляевском детском доме. Это грустная история, и я стараюсь о ней не вспоминать…

– Дальше… – сказал Дуло.

– Дальше была болезнь жены. В сорок два я стал вдовцом. В доме появлялись другие женщины, но я никак не мог найти ту, которая не нарушала бы привычного течения жизни. И тут я совершил роковую ошибку.

Конечно, не должен был этого делать… однако сделал – женился на своей приемной дочери. Воспользовался ее желанием стать взрослой, ее стремлением быть любимой. Но еще задолго до нашей свадьбы случилось непоправимое…

Бекешев прошел к креслу и остановился в задумчивости. Потом сел.

– Я говорил вам, что у меня есть сын. Когда умерла его мать, он учился в медицинском институте и жил в нашей московской квартире. В тот год, когда все случилось, Игорь окончил институт и наконец приехал сюда. А спустя несколько дней пропал.

– Уехал? – спросила Полина, отчего-то почувствовав тревогу.

– Нет. Совсем пропал.

– Я же говорю – не дом, а провальная яма… – пробурчал Сергей Дуло.

– Мы нашли его спустя месяц. Вернее, он сам нашелся. Просто пришел к воротам и сел в траву.

– Ваш сын рассказал, где был и что с ним случилось?

– Игорь ничего не помнил. И вот уже семнадцать лет мой сын живет в Чудаевском диспансере. Это здесь, недалеко, в пяти километрах от Прилуцка.

– Работает там врачом? – уточнила Полина.

– Вы не поняли. Семнадцать лет назад он вернулся совсем другим человеком.

Сначала врачи признали диссоциативную амнезию. Вы, верно, видели такое в бразильских сериалах. Потом у него обнаружили ушиб головного мозга. Окончательный диагноз звучит так – Корсаковский синдром. Мой сын Игорь Бекешев – пациент психоневрологического диспансера в Чудаеве.

– Насколько я знаю, там содержат буйных. – Казалось, Сергея Дуло ничуть не тронула история Игоря Бекешева.

– Вы правы. Мы отправили его туда вынужденно. – Бекешев усилием воли заставил себя говорить.