— А ещё я теперь на время секретарь семьи, — с гордостью продолжила компаньонка.

— Тебе нравится новая должность?

Маришка замялась, словно задумалась.

— Это интересно, — ответила она после недолгой паузы. — Но очень уж много всего надо успевать и держать в голове.

— Ты со всем справишься.

— И как ты можешь быть в этом уверен? — она заглянула мне в глаза.

— Потому что ты умница.

— Не понимаю, как Лилия Владимировна справлялась с этим одна.

— Лилия Владимировна особенная, — согласился я и, сдерживая беспокойство, спросил. — Как она себя чувствует?

— Выздоравливает, — осторожно сообщила девушка. — А ещё велела передать тебе привет.

— Как Федор? — глухо поинтересовался я.

— Справляется, как и всегда. Но он очень переживает за тебя и велел передать вкусняшки. Думает, что ты тут питаешься всякими гадостями.

Девушка прошла в кухонную зону, и я невольно засмотрелся на ее ноги.

— Что? — хитро осведомилась девушка, когда оглянулась.

— Ничего, — смешался я.

Маришка сбросила плащ и кинула его мне в руки. Платье оказалось с открытой спиной, и я даже сглотнул при виде выступающих позвонков на загорелой коже.

— Хватит так на меня смотреть, — томно выдохнула она.

— Так? — я положил плащ на спинку кресла.

— Словно ты голодный волк.

— Я и правда проголодался, — признался я, сунув было ладонь в корзинку.

Но девушка ловко шлепнула меня по пальцам.

— Мой руки и садись за стол, княжич. Буду тебя кормить по-морозовски.

Я не стал спорить и отправился в ванную комнату. Там уставился в зеркало и понял, что выгляжу немного уставшим. Словно отработал на тренировочной площадке несколько часов. Пора заняться усилением физической нагрузки. Иначе я совсем разленюсь и съемки станут для меня тяжким трудом. Открыв кран, я набрал в ладони воду и плеснул в лицо. Затем промокнул влагу с кожи мягким полотенцем и вернулся к столу.

В комнате уже витал приятный аромат сдобы и тушеного с чесноком мяса.

— Федор решил меня побаловать? — умилился я.

— Это от Бориски, — девушка поставила небольшой контейнер, наполненный соусом с густым ореховым ароматом. — Мышь оказывается считала тебя своим питомцем и очень переживает, что ты съехал. Но я сказала, что ты вернешься. Ты ведь…

Компаньонка отвернулась, чтобы я не заметил, как ее глаза заблестели.

— Мариш, ты ведь понимаешь, что мне нельзя оставаться в особняке.

— Понимаю, — ее плечи дрогнули, но стоило мне дернуться, чтобы встать, девушка выставила перед собой лопатку. — Дай мне спокойно накрыть на стол. Иначе я тут разведу потоп.

Было непривычно видеть Маришку такой, но я вдруг подумал, что мало знаю о ней и ее характере. Ведь мы общались чаще всего в спальне или на бегу.