Тихомиров и сам не понимает, с чем работает. Похоже, коричневый кристалл указывает на гены, несущие в себя предрасположенность к тёмной магии.

Получается, Михаил Савельевич создал первый в истории генетический анализатор. Когда-нибудь это будет указано в учебниках, если, конечно, он обнародует своё изобретение. Как я понимаю, он даже не патентовал его пока что.

— Мне нужно идти, — сказал я отцу и поднялся с дивана. — Завтра у меня тяжёлый день. Да и послезавтра предстоит любопытное мероприятие. Меня тоже пригласили на бал.

— Я догадывался, что это случится, но не стал тебе рассказывать о своих подозрениях, — объяснил отец. — Завтра я обязательно приду посмотреть на твою работу. А что касается бала… Советую тебе быть осторожным. У меня нехорошее предчувствие. И, как показала жизнь, оно редко меня подводит.

Попрощавшись с отцом, я вернулся в мастерскую Бронниковой, проследил за работой коллег, и вскоре мне доставили сразу два груза, причём одновременно. Сотрудники моего завода привезли аппараты для изготовления лекарств из Хопёрска, и в то же мгновение на меня с неба рухнул небольшой картонный короб, который был выслан Ксанфием Апраксиным.

Мой план сработал. Внутри коробки находилась целая куча сушёной наперстянки. И сообщение зеленокожего торговца, в котором он запросил сумму, в три раза превышающую высланный аванс.

Но это — мелочи. Ксанфий задирал цены, но не понимал, что может требовать гораздо больше, ведь из его растений я создаю препараты, которые могут обеспечить меня на несколько жизней вперёд.

Остаток дня мы подводили итоги и разрабатывали план действий. Все члены моей группы легли спать рано, поскольку я дал каждому из них аналог мелатонина. Проспят долго и проснуться максимально бодрыми. Нам предстоит работать целые сутки.

Проспав почти двенадцать часов, мы пришли на главную площадь перед академией. К семи утра вся аппаратура уже была на месте. Павлов тоже не медлил. Его сотрудники активно таскали коробки со всеми материалами, необходимыми для предстоящего соревнования.

«Дуэль» ещё не началась, а вокруг нас уже собрались десятки людей. Грузчики притащили несколько столов, за которым расселись пять членов жюри. Все они были сотрудниками ордена лекарей. Во главе жури сидел заместитель главы ордена — Фёдор Георгиевич Краснов. Вот уж не думал, что он решит посетить наше соревнование лично!

Рядом с ним сидели три неизвестных мне сотрудника ордена, а с краю расположился Роман Васильевич Кастрицын — уже известный мне преподаватель академии, борец с некротикой и патологоанатом, который обучил меня использованию спящих магических каналов.

Хорошо, что он тоже будет выступать в роли судьи. Кастрицын точно примет мою сторону.