Несколько секунд он не мог вымолвить ни слова.

А потом медленно выдохнул.

— Я всегда знал, что ты не простая, но… чтобы настолько!

В его голосе не было осуждения — только уважение и восхищение.

— Ты не представляешь, в какую историю я вляпалась.

— А ты расскажи, — с улыбкой предложил он, устраиваясь поудобнее. — Я к таким историям привычен.

Я засмеялась, и в этот момент поняла, как же я рада видеть рядом этого юношу!

— Во всём виноват твой брат!

И я рассказала Габриэлю о всех наших приключениях с момента, когда мы с ним распрощались.

— …И вот теперь жду, когда объявится супруг.

Эх, закончится моя свобода.

— Ну, ты не переживай, — постарался подбодрить меня друг. — Я ради тебя задержусь в городе. Вдвоём мы сможем усмирить брата. Хотя в гневе ему под руку лучше не попадаться.

Увидев кислое выражения моего лица, Габриэль предложил прогуляться по набережной. И я согласилась.

Те несколько дней перед балом пролетели в суете повседневных забот, но волнение постепенно нарастало.

В день бала с самого утра женская половина гостиницы напоминала улей. Игги сновала туда-сюда, пытаясь уследить за всем сразу, суетилась с лентами и перчатками, с важным видом раздавала распоряжения тем, кто попадал в поле её зрения.

Лили, обычно сдержанная, сегодня была явно напряжена и несколько раз проверяла, всё ли готово. Я лишь посмеивалась, наблюдая за этим оживлением.

Бал, безусловно, был значимым событием для Марвеллена, и волнение было вполне объяснимо. Честно говоря, я тоже не была абсолютно спокойна. В груди тянуло лёгкой тревогой от неизвестности. Подобное мероприятие в этом мире для меня было первым с момента возвращения. Но я решила, что буду вести себя так, как мне удобно.

Я — взрослый человек с хорошими манерами, а если что-то сделаю не так из-за незнания местных традиций, пусть считают меня эксцентричной особой. Слухи обо мне уже наверняка разлетелись по городу, так что ничего удивительного.

Нашу компанию дополнял Джеральд Пирей — господин Люциан Валентайн пригласил его как мага на королевской службе, что автоматически приравнивало его к знати. А вот Габриэль, не имея личного приглашения, не мог официально присутствовать на балу, но предложил сопровождать меня как гость.

— Главное — не приезжать слишком рано, но и не являться в самый последний момент, — дал он совет, когда экипаж уже подавали к крыльцу гостиницы.

В назначенный час мы, одетые в роскошные наряды от господина Фредерика, отправились в ратушу, где должен был проходить бал.

Перед ратушей кипела жизнь. Повозки с лошадьми, украшенные фамильными гербами, выстраивались в очередь, а лакеи в одинаковых ливреях спешили открывать дверцы экипажей, помогая своим господам выйти. Из окон доносились приглушённые звуки музыки.