Он в самом деле не думал, что его размышления окажутся столь очевидными для Ю Си. И что теперь? Убеждать его, что и в мыслях не было? Да разве он поверит?

Лгать оказалось сложнее, чем он думал. Ложь цеплялась за ложь, и, чтобы выстроить общую убедительную картину, нужно было добавлять детали, путаница в которых могла обрушить весь рассказ, как карточный домик. Может, стоило сразу признаться, что он Глубинная тьма? Ведь никто, кроме старейшин ордена РР, все равно не знает ее масштабов и опасности.

— Не стану скрывать, мне бы хотелось вновь иметь возможность жить, как человек, иметь человеческое тело.

Ю Си долго молча смотрел на Ера, и тому трудно было предположить, о чем он на самом деле думает. Размышляет, насколько Ер отвратительное существо? Прикидывает, можно ли его устранить? Или использовать? Или, а вдруг, у него есть какая-то созидательная идея на примете?

В конце концов, он уже столько о нем узнал, но до сих пор держится довольно близко. Не чувствует опасности? Полагает, что сможет вовремя убежать?

Ю Си открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут донесся шум со стороны лестницы, и они оба обернулись.

Шен проснулся на рассвете, когда темное небо только начало светлеть у горизонта, и никак не мог заставить себя вновь закрыть глаза. Он поднялся с кровати, прошел по комнате и распахнул окно. В лицо ударил влажный холодный воздух, дыхание на миг перехватило, и Шен с потрясающей ясностью увидел зарождающийся новый день. Мерно раскачивались кроны деревьев и птицы пели на разные лады, внизу работник постоялого двора носил воду в конюшню. Пятнистая кошка сидела на крыше в ожидании первых солнечных лучей, которые вот-вот должны были показаться из-за верхушек деревьев.

Как его разум вообще выдает такие перлы?

Шен отвернулся от окна и уставился на Муана.

Прославленный старейшина пика Славы этим утром вел себя очень тихо. Он молча следил за тем, как Шен поднялся и подошел к окну. В какой-то момент, он сам не понял в какой, Муан оказался за его спиной, на расстоянии вытянутой руки, и тоже посмотрел наружу. Так они и стояли какое-то время, молча наблюдая за зарождением нового дня. А затем Шен развернулся к нему.

Его глаза были широко распахнуты и словно бы уставились в пустоту.

— В конце концов, что мне терять? Ты уже призрак, а я готов умереть вслед за тобой.

Он так странно смотрел, что Муан задумался, не бродит ли он с закрытыми глазами и не разговаривает ли во сне. Вообще-то, лучше бы это в самом деле было сном.

— Ч-что? — переспросил мечник.

Взгляд Шена переменился, а губы тронула легкая улыбка. Он чуть склонил голову на бок, глядя на Муана со снисхождением.

— Не могу больше бояться, — пояснил он. — Я так сильно боюсь, потому что у меня есть, что терять.