Теперь его ноги по щиколотку утопали в розовой пыли, стены пещеры были мутно-розовыми, как та соль, которую он видел давеча в телеге. Не было ни кислотной воды, ни остатков его комнаты из другого мира.

Перед ним стоял фламинго. Он согнул одну ногу, а другую вытянул вперед и опустил длинную шею к земле. По всей видимости, это являлось поклоном.

{Я допустил ошибку. Я неверно распознал контекст и эмоции пользователя.}

Голос раздавался у него в голове, как если бы говорила Система.

— «Неверно распознал контекст и эмоции»? — саркастично переспросил Шен.

{Вы правы. Моя ошибка глубже.

Она выходит за рамки этого.}

Он все еще не мог поверить, что ему ответила Тьма, и ему хотелось радостно улыбаться и танцевать, ведь он почувствовал, что огромный груз упал с его плеч. Все это время, пусть и пытаясь затолкать эти мысли подальше, он продолжал верить, что она пожертвовала собой ради кого-то явно того недостойного, и продолжал корить себя за то, что был беспомощен в той ситуации и заставил ее пойти на такой шаг. И ради чего? Все это время он верил, что она сделала это ради лисицы и Онэ, чтобы те не потеряли только что обретенного друга, ведь они наивно верили, что он и есть тот их друг из прошлого.

Что бы они подумали, узнай, что он не только занял его тело и притворялся, пользовался их наивностью и наслаждался их расположением, но и позволил Тьме исчезнуть из-за него? Из-за подделки.

Но она сказала, что и раньше говорила ему слова любви. Ему?

Ну да, она говорила, что любит его. А после сказала, чтобы он не говорил лисице и Онэ, что он — не тот Шен. Он решил, что она всего лишь игралась, говоря про любовь.

«Так значит, я — не просто замена?» — Почему это так много значило для него? Так много, что он готов был разрыдаться прямо здесь.

Вместо этого он посмотрел на фламинго и ощутит раздражение.

— Как ты считаешь… — начал он. — Твоего признания… достаточно?

Фламинго повернул голову, все еще склоненную к земле, и уставился на него жутким желтым глазом.

{Система отметила вас, как приоритетного пользователя. И я признаю вас достойным.}

В другое время Шен бы мог даже быть тронутым такой честью, но не сегодня. Не в том душевном состоянии, в котором находился сейчас.

От внезапно пронзившей мысли, Шен вздрогнул.

«Тьма не могла ведь сказать, что любит меня, из-за того, что мы находимся в Пади Саллан? Это ведь невозможно, не так ли?»

Но сомнения, закравшиеся в его сердце, стали разъедать изнутри. Все стало удивительно ясно после этой мысли. Шен подумал, что теперь-то все встало на свои места.

— Что насчет тебя? — спросил он. — Ты меня любишь?

Фламинго продолжал смотреть на него снизу вверх одним глазом.

{Я — искусственный интеллект, не способен испытывать эмоции или чувствовать любовь.