Руслан

Полная вовлеченность в процесс наступает в ту же минуту, когда ее кулак прокатывается по члену и волной гонит по нему удовольствие, а губы подсасывают головку, язык задевает уздечку.

Неважно сколько женщин у меня было, даже если этот опыт навсегда останется в памяти. Сгребая пальцами густой пучок волос на макушке Олиной головы, я хочу кончить, наблюдая за тем, как ее голова насаживается на мой член и как глубоко она может его принять. Есть вещи, которые мы с ней в сексе никогда не делали, но есть вещи, которые мы делали, и их было предостаточно.

До хрена вещей, которые нравились нам обоим, но одно оставалось неизменным: она интуитивно всегда отдает вожжи мне, но не тогда, когда она мне отсасывала. Здесь у нее был карт-бланш, потому что быть главной в этом вопросе нравилось ей самой. Возможно, дело в том, что ей охренеть, как нравилось ощущение полного контроля над моим телом. От этого она, твою мать, кайфовала.

Я даю ей то, что она хочет. Контроль над собой. Она отыскивает его в моем взгляде, когда поднимает глаза.

Выпустив член изо рта, кусает бедро, и в этом укусе не страсть, а обида. То, что я заслужил. Еще один укус, как немая и капризная претензия, но эффект обратный. Я только тверже становлюсь и со стоном жмурюсь в потолок, когда львиная доля внимания достается моим яйцам. Она гладит их языком, втягивает в рот. Желание быть жестким подхлестывается каждым движением ее рта, потому что я хочу больше и глубже. Сильнее сжимаю кулак на ее волосах, когда головка опять погружается во влажное тепло.

– Оля… – предупреждаю хрипло.

Я собираюсь кончить, а она не хочет отстраняться. Это тоже подстегивает. Только гораздо сильнее и острее.

Впиваюсь в ее запрокинутое лицо глазами и перехватываю ладонью свой стояк, в сторону убирая ее руку. Глядя на приоткрытые набухшие красные губы, кончаю, обдавая каплями этот рот, лицо напротив своего паха и женскую грудь. Рукой упираюсь в стену, чтобы не свалиться. Ноги на пару секунд слабеют.

Вместе с оргазмом приходит дикое желание вырубиться. Я не скотина, просто мой лимит почти исчерпан. Я функционирую на одном проценте мощности.

Упираюсь лбом в кулак, чувствуя, как в мой живот уткнулся лоб Оли. Она молча дышит, впившись пальцами мне в ягодицу.

– Ты и правда соскучилась, – бормочу."

"Запрокинув голову, смотрит на меня предупреждающе. Глазами просит заткнуться. Не проблема.

Вдохнув теплый пар, раздуваю легкие вместе с грудной клеткой.

Помогаю ей подняться на ноги и смыть с себя мои “аплодисменты”. Намылив пальцы, тру большим ее щеку, пока она растирает гель по груди.

Ее макияж поплыл, волосы частично намокли, щеки раскраснелись.

– Я с ног валюсь, – смотрю на нее исподлобья.

– Я заметила, – кусает губу.